Я представляла, что примерно нужно делать, поэтому предложила свою помощь. Я уже не первый год помогала с припасами; это занятие стало уже таким привычным, словно я занималась этим всю жизнь. С дровами и теплыми вещами мы разобрались, а вот еды может не хватить. Эревард некогда пытался заниматься скотоводством, выращивать кур, но его старания пошли прахом. Недолго думая, он оставил свои затеи.
Усмехнувшись воспоминаниям, я продолжила проверять расставленные силки для поимки мелких животных. Эревард научил меня многим охотничьим премудростям: ставить ловушки, читать следы, свежевать туши. Улов в этот раз был небольшой и я, решив возвращаться, уловила вдалеке какое-то движение. Жизнь под одной крышей с четырьмя ведьмаками оставила свой отпечаток: у меня выработались некоторые инстинкты. Задержав дыхание и пригнувшись к земле, я нашарила древко лука, зажала стрелу на его окне. Движения, доведенные до автоматизма из-за частой охоты, были четкими и стремительными. Лук, к слову, подарил Зеррит: привез его спустя год моего пребывания в Каэр Аарколе, даже научил с ним обращаться. Со стрельбой у меня не было проблем, а зрение, доставшееся от василиска, стало хорошим подспорьем.
В поле зрения мелькнуло рыжеватое пятно. Стрела, мгновенно пущенная тугой тетивой на расстояние не меньше чем сто пятьдесят шагов, нашла свою цель. Молодой оленёнок, похоже, отбившийся от стада, забрался слишком высоко, а удача отвернулась от него окончательно, раз уж он встретился на моём пути. Не повезло. Впрочем, я поступила тоже не слишком умно, поэтому теперь придется тащить эту тушку на своих двоих. Подавив вздох, я пошла к своей добыче, не пропадать же добру. Руки снова действовали сами: вытащить стрелу, перерезать крупные сосуды и выпустить кровь. Уже уверенные движения, ни капли сомнений. Прилежащие леса были необитаемы, поэтому можно не опасаться, что кто-то забредет сюда, но услышанный стук копыт по каменному склону, расположенному чуть ниже, заставил меня опасливо замереть. Оставив оленя, я окутала себя черными клубами дыма. Некогда отец научил меня перемещаться по воздуху без метлы, использовав лишь одну магию. В одиннадцать лет это казалось очень захватывающим, но энергозатратным. Повзрослев, я нечасто его использовала, а научившись трансгрессировать, так вообще забыла про него. Но здесь этот способ оказался как нельзя кстати, хоть использовать это умение снова у меня получилось не сразу. Чары volantem sine alis мало кому поддавались. Теперь моя магия и прятала меня от чужих глаз, а мои шаги были неощутимы даже для острого слуха ведьмаков. Лишь одна неприятность — в светлое время суток я слишком заметна и, перемещаясь по воздуху, я оставляла после себя шлейф из клубов черного тумана. Однако сейчас было пасмурно, а сгустившиеся сумерки скрывали меня от посторонних глаз.
За несколько секунд я оказалась над скальным выступом, с которого открывался вид на едва заметную тропку: извилистую и узкую. Увидев знакомую широкоплечую фигуру, я улыбнулась. Что-то он рано в этом году. Я стояла гораздо выше, поэтому ветер не сможет донести до ведьмака мой запах, что определенно играет мне на руку. Усмехнувшись, я принялась ждать, пока конь и всадник пройдут чуть подальше и, укутав себя магией, шагнула вперед, срываясь вниз с высоты около тридцати ярдов. Мягко и совершенно бесшумно приземлившись позади лошади, я в несколько прыжков запрыгнула к ней на спину, оказавшись позади Лето, я приставила к его горлу кинжал.
— Стареешь, — тихо произнесла я, усмехнувшись, явно довольная собой.
Ведьмак даже не вздрогнул и, заведя руку за спину, дернул меня за ногу, из-за чего я потеряла равновесие и чуть не упала. Лошадь напугалась и встала на дыбы, и, если бы не Лето, вцепившийся крепкой хваткой в меня и поводья, то мы бы точно не удержались.
— Или нет, — весело хохотнув, сказала я, освободившись от хватки ведьмака и усевшись позади него. — Ты в этом году рано.
— Твоя магия вернулась? — спросил Лето, явно недовольный моей выходкой.
— Немного, — зажигая на ладони крохотный огненный шар, ответила я. — Но я так и не научилась черпать силу из окружающего мира, как объяснил Летард. Приходится восстанавливать ее, медитируя в местах силы.
— Уже что-то. Как ты оказалась позади меня? Я тебя не слышал.
— Спрыгнула с выступа над тропой, а в остальном помогла магия, — не без удовольствия произнесла я. — Мне удалось припомнить уроки отца. Как видишь, что-то все же здесь действует.
— Неплохо, — скупая фраза, брошенная им, была самой настоящей похвалой, которую редко можно было услышать из уст Лето.
Вернувшись за подстреленным оленем, мы отправились к крепости. Лето немного рассказал, что творится в местах, где он побывал, а я внимательно слушала и запоминала. В последнее время меня посещали мысли, что стоит уговорить кого-нибудь из ведьмаков взять меня с собой. Я устала быть обузой и, похоже, пора искать себе место в этом мире, раз уж за четыре года меня так и не вернули в свой. Ждать и надеяться на чудо уже нет ни сил, ни желания. Так же, как и торчать в Каэр Аарколе, где я успела обшарить каждый угол крепости и изучить каждую тропку ближайших лесов. Я решила, что стоит посмотреть, как живут люди в этом мире. Цели, как таковой, у меня не было, но до ближайшего крупного города не хотелось добираться в одиночку.