— Верно, — решила дать ей немного времени я. — Правда вернуться на Большую землю было проблематично, но весьма интересно…
— Интересно? — переспросила Анна Генриетта. — И чем же?
— Попутчики необычные. Я плыла на одном корабле с друидом и некой Цириллой.
Княгиня закатила глаза и фыркнула.
— Бедное дитя, — покачала она головой. — Лишилась, якобы, обоих родителей из-за игр моего кузена…
Я не совсем понимала, причем здесь император Нильфгаарда, это замешательство похоже отразилось на моем лице.
— Эмгыр до того, как вернул престол, был известен под другим именем — Дани. И был женат на Паветте.
Я не слишком интересовалась Цинтрой. Помню как Визимир рассуждал, что неплохо бы договориться о помолвке княжны, на тот момент ей уже было три года отроду, и его сына, который должен был вот-вот родиться. Так сказать, заранее подготовить почву.
— Зачем ему это было нужно? — спросила я, не совсем понимая мотивы теперь уже императора.
— Мне известно, что там были замешаны чародеи, и план по свержению Узурпатора…
Я была удивлена, но в словах княгини, возможно, была доля правды. Насколько известно, смерть Паветты и свержение Узурпатора: все это произошло примерно в одно время — около четырех лет назад.
Я рассмеялась, представив лицо Визимира, узнай он, на чьей дочери хотел женить сына. Похоже, на моем лице отразились какие-то эмоции, и Анна Генриетта тут же встрепенулась, похоже, поняв, что сболтнула лишнего.
— Разумеется, мало кто знает это… Для всех Цири — дочь Паветты и Дани, которого никак не связывают с Эмгыром. Думаю, что никто не должен…
— Не переживай, — отмахнулась от ее слов я. — Мне нет нужды как-то использовать эту информацию. Мне безразличны мотивы Эмгыра. О Нильфгаарде у меня сложилось мнение уже очень давно, точнее об их методах устранения неудобных и просто тех, кто стоит на пути…
— Что ты имеешь в виду? — глаза княгини блеснули любопытством.
Я нечасто делилась с кем-то воспоминаниями о своей жизни. Пожалуй, Анариетта уже знала больше всех.
— Узурпатор уничтожил ту ведьмачью школу, где меня приютили.
Анариетты кивнула, явно испытав облегчение от моих слов.
— И всему обучили?
— Многому, — уклончиво ответила я с лёгкой улыбкой.
Княгиня с уважением отнеслась к моему нежеланию продолжать этот разговор. За все время она привыкла, что о себе я рассказываю мало, по крупицам.
— Признаться, я хотела тебя попросить об услуге.
И вот мы подошли к самому интересному.
— Очередной? — пропитав слова иронией, спросила я. — И кого же мне предстоит убить в этот раз?
От собственного цинизма меня слегка передёрнуло. Ещё немного и ценность людской жизни для меня будет пустым звуком.
— Никого, — как-то слишком быстро ответила княгиня. — Я хочу чтобы ты кое-кого нашла…
«Что-то новенькое».
— И кого же?
— Мою сестру.
Глава 19. Новый путь
— Твою сестру? — переспросила я. — Не знала, что у тебя есть сестра.
Анна Генриетта недовольно повела плечом, словно хотела сбросить тяжесть этого разговора как платье в конце непростого дня.
— Старшая, — все же продолжила она. — Её зовут Сильвия Анна. Для друзей и близких — Сианна.
Признаться, никогда не слышала, чтобы у княгини Туссента была сестра. Похоже, были причины скрывать это.
— В детстве мы были очень дружны. Сианна… Она была необычным ребёнком, я бы даже сказала трудным. Капризничала, дерзила и делала абсолютно все так, как считала нужным, что нередко шло вразрез с мнением родителей, творила много пакостей при дворе. Конечно, и без меня не обходилось, но гнев родителей всегда падал на неё.
Она грустно усмехнулась, а я не проронила ни слова, видя, как нелегко даются ей откровения.
— Родители считали, что она плохо на меня влияла. Ты слышала что-нибудь о Проклятии Чёрного Солнца?
Последний вопрос был несколько неожиданным: я растерянно моргнула, не сразу найдясь с ответом из-за столь быстрого перехода от одной темы к другой.
— Нет, хватит с меня всех этих проклятий, — фыркнула я. — Дай угадаю. Сильвия Анна родилась во время солнечного затмения, что стало дурным предзнаменованием?
Слова были пропитаны сарказмом, но Анариетта на них никак не отреагировала.
— Было пророчество, что девушки, рождённые в этот день, проложат дорогу для возвращения Лилит и будут предвестницами гибели всего человечества.
— Типичное пророчество, — закатила глаза я.
Мои слова снова были проигнорированы, и княгиня продолжала свой рассказ:
— Тем не менее, родители считали, что именно из-за этого проклятия Сианна настолько неуправляема, поэтому было принято решение отослать её.