Я хотела возмутиться, но никак не удавалось подобрать слов. Это насколько сильно нужно было верить в дурные предзнаменования, чтобы отослать собственного ребёнка прочь? Хотя, не мне осуждать родителей, что принимают подобные решения. Больше было жаль детей, чьего мнения, конечно же, не потрудились спросить. Со собственной шкуре мне пришлось познать, насколько это больно. Словно тебя предали…
— Но что-то пошло не так, верно? — догадалась я.
— Не знаю точно, куда её отправили родители, но до места они не добрались. Рыцари, сопровождающие Саинну вернулись, сказав, что она сбежала.
Что-то мне подсказывало, что неспроста. Я тяжело вздохнула, понимая, что вскоре мне снова предстоит отправиться в путь.
— Ладно, — со вздохом произнесла я. — Что тебе известно? В каком направлении мне искать?
Анна Генриетта коротко рассказала, что поиски сестры не увенчались успехом. Княгиня не раз отправляла на её поиски целые экспедиции. Но все они возвращались с пустыми руками.
— Значит, стоит начать с Цидариса, — сказала я, выслушав Анариетту. — Раз других зацепок нет.
Княгиня ещё немного рассказала про сестру, показала детские портреты, которые сейчас мало чем помогли бы, ведь за прошедшие годы княжеская сестра могла сильно измениться.
— Когда отправишься? — спросила Анариетта, когда я уже планировала идти к себе.
Хотелось немного отдохнуть с дороги, поэтому я оставила себе пару недель про запас, понимая, что поиски могут продолжаться не один месяц. День или два спокойной для меня жизни погоды не сделают. Об этом я и сообщила княгине.
Зачем-то она спросила меня о том, как я планирую добираться до Цидариса и посоветовала избегать Цинтру и Бругге. На мой вопрос почему, лишь пожала плечами, намекнув, что скоро Эмгыр начнёт воплощать все свои планы.
Не трудно догадаться какие именно: мысль, что войны с Нильфгаардом не избежать, не высказывалась вслух, но осела в умах если не каждого, то многих.
К совету княгини я все же решила прислушаться и пересмотреть свой путь. Пожалуй, безопаснее будет отправиться через земли Ривии и Лирии, а после пересечь Махакам и Содден. Один минус — придётся договариваться с дриадами Брокилона, чтобы не делать крюк.
И благословят меня Боги, не стать мишенью для стрел дриад.
Несколько недель превратились в месяцы, а я все не решалась отправляться в дальнюю дорогу, сетуя, что трансгрессия в этом мире мне не удаётся. Признаться, мне не хотелось покидать Туссент в разгар лета, но все же раздражённая повторной просьбой княгини совесть заставляла поскорее отправляться в дорогу.
Сборы не заняли много времени — даже грустно осознавать, что и этот дом не стал для меня настоящим домом в полной мере. Я совершенно не обрастала вещами, а все самое необходимое ждало своего часа, распиханное по сумкам и карманам. Мне казалось, я дольше слушала напутствие княгини, но и они закончились простым «будь осторожна».
С наступлением темноты я отправилась в путь.
***
Наблюдая за змеящейся впереди тропой, невольно начинаешь перебирать всю свою жизнь. Особенно, если нет попутчиков.
— Ты не считаешься, Люц, — вяло произнесла я, потрепав коня по гриве.
Недавно осёдланный молодой жеребец ещё помнил какого это — быть абсолютно свободным — без грызел над языком и тяжести на спине, оттого так и норовил перейти в галоп, беспокойно фыркал и прядал ушами. Мой первый боевой товарищ, к сожалению, уже был слишком стар: Люцифер покинул меня несколько лет назад. Я до сих пор так скучала по нему, что решила назвать этого вороного жеребца в его честь. Как дань уважения верному другу.
Долгое и скучное путешествие, до сих пор проходившее на удивление гладко, привело меня к Брокилону. Я держалась на максимально возможном расстоянии от границ леса, чтобы не провоцировать дриад, и терпеливо ждала, пока меня заметят. Спешилась, распрягла коня и отправила пастись неподалёку. Сама же сняла со спины лук и колчан, положила их на землю в паре шагов от себя, там же оставила и кинжалы. Меч отца остался в седельных сумках. Уже не таясь, сняла капюшон, заплела волосы в косы у висков, остальное же собрала в высокий хвост, подражая дриадам. И принялась ждать.
В Брокилон впервые я попала совершенно случайно: по указу Визимира я посещала Цинтру по случаю женитьбы Паветты и Дани, который оказался Эмгыром, во что я мне до сих пор верилось с трудом. А также из-за неожиданной свадьбы Калантэ и Эйста Турсеаха. Сам король не мог посетить Цинтру, поэтому отправил меня во главе делегации с подарками, дабы выразить уважение и добрые пожелания, надеясь задобрить Львицу из Цинтры — как призвали Калантэ за ее железную хватку и несгибаемую волю. Возвращалась в Оксенфурт я одна, предпочитая путешествовать в одиночестве.