Я уже перестала что-либо понимать. В борьбе с желанием зайти следом, чтобы увидеть все своими глазами, мое воспитание безнадежно проиграло. Поддавшись этому желанию, я юркнула за полог вслед за дриадой.
— И что ты скажешь, Геральт? — повторила Эитнэ, бросив на меня безразличный взгляд. — Она не хочет оставаться в Брокилоне!
Я уже не слушала дриаду. Быстро осмотрев комнату, поняла, что кроме Эитнэ, ведьмака и ребёнка во время разговора никого больше здесь не было, а это значило лишь одно. Этот ребёнок и был Дитём Старшей Крови. Но удивительные новости на этом не заканчивались.
— Княжна Цирилла? — шокировано прошептала я, но никто этого не услышал.
По крайней мере, на первый взгляд так показалось — голова ведьмака слегка повернулась в мою сторону.
— Зачем ты издеваешься над ребёнком, Эитнэ? — устало и как-то обречённо спросил он. — Ведь через минуту ты дашь ей отпить Воды Брокилона, и её желание перестанет что-либо значить. Зачем ты это делаешь? В моем присутствии?
Картина обретала целостность. Невесть как попавшая в Брокилон княжна Цинтры должна будет испить местной волшебной воды и забыть прежнюю жизнь. И Дитя Старшей Крови, как утверждала Эитнэ, останется здесь, в Брокилоне, среди дриад, пока последняя из них не умрет за этот лес.
Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове. Тем временем между ведьмаком и повелительницей Брокилона снова разгорелся спор. Точнее сказать, Геральт бурно ей что-то объяснял. Я же не сводила взгляд с Цириллы. Казалось, будто она не до конца понимает, что происходит вокруг. На её лице замерло хмурое выражение, хоть взгляд и метался между Эитнэ и ведьмаком. Пока тот не подошёл к ней и, опустившись на колени, обнял за хрупкие плечики. Девочка разрыдалась, судорожно цепляясь за ведьмака.
— Прошу простить меня за дерзость, госпожа, — поклонившись, произнесла я. — Вы же не всерьёз это? Вы знаете кто она, и все же дадите ей испить Воды Брокилона?
Это было бы недопустимым упущением. Развивай девочка свои способности — и она стала бы способна на поразительные запредельные вещи! Магия Старшего Народа, что течёт в той крови — это сила, едва ли имеющая равных себе в этом мире. А тех, кто владеет ею по сию пору, можно было пересчитать по пальцам одной руки.
— Не вмешайся в Предназначение. Оно тебя не касается! — довольно небрежно ответила мне Эитнэ. — Ты лишь молчаливый наблюдатель. Без права голоса.
— Я тебя знаю! — дрожащий голос Цириллы помешал мне ответить что-нибудь грубое, о чем я вполне могла бы пожалеть. — Ты плыла с нами со Скеллиге!
Ведьмак наконец-то посмотрел на меня, но ничем не выдал узнавание или удивление, словно видел меня впервые. Но всё же, в конце концов, коротко кивнул мне, приветствуя.
Геральт хотел что-то ещё сказать дриаде, но, похоже, моё появление заставило его повременить с громкими словами.
Он поднялся на ноги и, потрепав девочку по волосам, произнес:
— Прощай, Цири.
И, развернувшись, направился к выходу.
— Геральт, не оставляй меня, — шепнула она, опустив низко голову. — Одну…
— Эитнэ, не делайте этого! — с бешено стучащим сердцем предприняла вторую попытку я. — Это было бы…
— Мне не важно, кто она. Правила едины для всех. Она вошла в лес. Она наша.
Дриада была непреклонна.
— Но вы уже сделали однажды исключение, — продолжала я, краем глаза заметив, как ведьмак замер на месте.
Но Эитнэ проигнорировала мои слова. Я не могла позволить, чтобы девочка выпила эту треклятую Воду. Я не знала, что буду делать дальше, но сейчас единственное, что было важно — не позволить ей все забыть.
— Отдайте её мне! — воскликнула я первое, что пришло в голову. — Прошу вас!
Дриада с грустной улыбкой посмотрела на меня и покачала головой.
— Не тебе об этом просить, — ответила она. — Довольно разговоров!
Она махнула Браэнн и та приблизилась с кубком.
— Нет, — побелевшими губами произнесла я и, вскинув руку, хотела создать огненный шар. Но ведьмак, сложив пальцы в привычный, но давно забытый мне знак Квен покачал головой.
— Не надо, — тихо произнёс он.
— Разве когда-нибудь я давала тебе плохие советы, дитя? — обращаясь ко мне, спросила Эитнэ. — В этом лесу не будет огня. Послушай ведьмака. И поверь, мне будет грустно видеть стрелу в твоей груди или голове.
Я знала, что её слова были услышаны, мне даже показалось, что где-то снаружи раздался треск туго натянутой стрелы. Понимая, что силой я здесь ничего не решу, я опустила руку, рассеивая магию.
— Так что ты скажешь, Гвинблейдд? — полностью теряя ко мне интерес, задала вопрос Эитнэ. — Оставишь её одну в такой момент?
Я видела, как на лице Геральта одна эмоция сменяется другой, пока не появилась решимость и какая-то обречённость. Я не понимала, почему он позволяет этому случиться. Возможно, объедени мы усилия, то могли бы что-нибудь сделать…