— До конца, — кивнул ведьмак. — Хорошо, Цири. Ты не будешь одинока. Я буду с тобой. Не бойся ничего.
Эитнэ взяла кубок из рук Браэнн, подняла его, а я поборола желание отобрать его и выкинуть куда-нибудь подальше. Горько было осознавать, что именно сейчас произойдёт.
— Ты умеешь читать Старшие Руны, Белый Волк? — тем временем медлила дриада, словно оттягивая неприятный момент, чем накаляла и без того тяжёлую атмосферу.
— Умею, — короткий ответ и никаких эмоций на лице.
Я и забыла кто такие эти ведьмаки. Убийцы, лишённые человечности, да и только. Удивительно, что он вообще согласился на просьбу девочки. К чему вообще ему это?
— Прочти, что выгравировано на кубке. Это кубок из Крааг Ана. Из него пили короли, которых уже никто не помнит.
— Duettaeann aef cirran Caerme Glaeddyv. Yn a esseath, — ровно произнес он.
— Знаешь, что это означает?
Он не торопился с ответом.
— У Меча Предназначения два острия, — ответила за него я. — Одно из них — ты.
Ведьмак поймал мой взгляд, но ничего не ответил, смотрел словно сквозь меня.
— Встань, Дитя Старшей Крови, — приказала Эитнэ. — Пей. Это Вода Брокилона.
Прошлый мой визит дал мне возможность наблюдать за действием этой Воды. Одного раза мне вполне хватило, поэтому я не смотрела, как Цирилла приблизила губы к кубку. Ведьмак тоже не смотрел на эту картину, продолжая удерживать мой взгляд.
Я мягко коснулась его сознания, собирая мысли, плавающие на поверхности.
Конвульсии, судороги, невероятный, ужасающий, медленно угасающий крик. И пустота, мертвенность и апатия в медленно открывающихся глазах.
Я скривилась и отвернулась, обрывая зрительный контакт. Были слышны глотки, которые делала Цирилла, пока Эитнэ её не остановила.
— Достаточно.
Шумно выдохнув, я смотрела как она убрала от неё кубок и погладила её по волосам.
— Дитя Старшей Крови, — сказала она. — Выбирай. Хочешь ли ты остаться в Брокилоне или же последовать за своим Предназначением?
Ведьмак покачал головой, я же нахмурилась. Не было всех тех ужасов, которые вызывала Вода Брокилона.
— Я хочу последовать за моим Предназначением, — твёрдо произнесла она, смотря в глаза дриаде.
— Не может быть, — тихо произнесла я, с недоверием качая головой. — Как такое возможно?
И со всем присущим ведьмакам недоверием и скептицизмом Геральт из Ривии пытался убедить дриаду, что Вода была не настоящей, а ведьмачье упорство и обострённое чувство правды и справедливости конкретно у данного экземпляра не давало ему шанса поверить на слова Эитнэ.
— Как мало ты знаешь о Предназначении, — горько проговорила дриада. — Как мало ты знаешь, ведьмак. Как мало ты видишь. Как мало ты понимаешь. Благодаришь меня? Благодаришь за ту роль, которую я сыграла? За базарное представление? За фокус, за обман, за мистификацию? За то, что Меч Предназначения был, как ты думаешь, изготовлен из дерева, покрытого позолотой? Продолжай. Не благодари, а разоблачи меня. Поставь на своём. Докажи, что прав ты. Брось мне в лицо твою правду, покажи, как торжествует трезвая, человеческая правда, здравый рассудок, которые, по вашему разумению, помогают вам завоёвывать мир. Вот Вода Брокилона, ещё немного осталось. Ты отважишься? Завоеватель мира?
— Не надо, Геральт, — предостерегающе произнесла я и попыталась схватить его за руку. — Оно того не стоит…
Но ведьмак отмахнулся от моих слов и, конечно же, он решился. Возможно, он думал, что у него будет иммунитет из-за мутаций, которым подвергается каждый мальчик в ведьмачьей школе. Но, увы, такая магия, как Вода Брокилона, не терпит к себе пренебрежения. Едва сделав глоток, ведьмак рухнул ниц.
— Глупец, — горько произнесла Эитнэ и перешагнула через бессознательное, как я надеялась, тело.
— Ч-что вы с ним сделали? — тихо спросила Цири, прижав маленькие ладошки к губам.
Она хотела подойти ближе, но Эитнэ, преградив ей путь, наклонилась и обхватила её лицо двумя руками.
— Не бойся, дитя, с ним все в порядке, — мягко улыбнулась она. — А теперь поспи немного.
Она поцеловала её в лоб, и лицо девочки утратило следы страха и пережитых потрясений, и мгновенно расслабилось, а отяжелевшие веки спрятали зелень глаз.
— Прощай, Цири, — тихо произнесла она.
Я стояла и пыталась переварить то, что сегодня увидела. Какому-либо логическому выводу ситуация не поддавалась от слова совсем.
— Помни, дитя, что Предназначение не требует вмешательства. Оно снесёт всё на своём пути. И помни, что у Меча Предназначения два острия. Но иногда он начинает рубить не только головы, но и судьбы других людей, навсегда их меняя.