— Твоя? — обратился незнакомец к соседу. Шейн как-то неопределённо качнул головой, но обладатель золотистых кудряшек расценил его ответ как «нет».
Растерянность понемногу отпускала меня, и я уже собиралась сбежать, как вдруг компаньон Шейна оказался прямо передо мной. Я даже подпрыгнула от внезапности. Вот он только сидел в кресле, а теперь, словно по волшебству, стоит на расстоянии вытянутой руки.
— Гаспар Лавкрафт, — галантно поклонившись, представился парень. После осторожно взял мою руку и легонько коснулся губами кончиков моих пальцев.
— Кассандра, — рефлекторно пробормотала я, обескураженная такими действиями, да тут же заметила, как лицо Шейна вытягивается и бледнеет.
— Гас! — буквально прорычал Шейн, подскакивая с кресла. Его глаза метали молнии, а желваки ходили по скулам ходуном. Кажется, маг был неимоверно взбешён. Я не успела уловить, когда произошла такая разительная смена его настроения, но всё внутри меня сжалось. Вот умел он смотреть так, что хотелось забиться в самый дальний угол дома и надеяться, что никто и никогда тебя не найдёт.
— Девушка под моей защитой, — голос мага прогремел словно гром, заполняя всё пространство комнаты. Признаться, к чему это было сказано, я не поняла. Ведь мне не угрожала опасность… Или я всё же чего-то не знала?
— Да не съем я её, — хмыкнул Гаспар. — Во всяком случае, постараюсь.
— Я не шучу, Гас, — серьёзно сказал Шейн. Все его мышцы были наряжены, будто он готовился в любой момент броситься в нашу сторону.
— Да понял я, понял, — раздражённо закатил глаза светловолосый парень и отступил на полшага.
— Надеюсь. — С этими словами Шейн пересёк гостиную, жёстко схватил меня чуть выше локтя и повёл по коридору, точно нашкодившего ребёнка. Я едва поспевала за ним, не понимая, что вообще происходит.
Мы прошли мою и ещё несколько комнат, затем Шейн наконец открыл одну из дверей и буквально втолкнул меня внутрь.
— Объясни мне, милая ведьмочка, — прошипел он, нависая надо мной, — в вашем мире у всех отсутствует инстинкт самосохранения, или ты такая одна уникальная на оба мира?
— Что? — окончательно растерялась я от его вероломных и беспочвенных обвинений.
— Ты можешь хотя бы день не искать приключения на свою… кхм… — мужчина запнулся, — голову? Ты вообще понимаешь, что наделала?
— Нет, — честно призналась я.
— Нет?! — взорвался Шейн, подступая так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на своём лице.
Интересно, он вообще знает, что такое личные границы?
Я попятилась назад, но почти сразу упёрлась спиной в стену. А вот Шейна, по всей видимости, ни капли не смущало то, насколько близко мы стоим друг к другу. Более того, он даже опёрся ладонями о стену по бокам от моей головы, лишив последней возможности ретироваться.
— Ты позволила вампиру прикоснуться к твоей коже, — медленно и жёстко проговорил Шейн; каждое слово звучало, как удар хлыста. — Да ещё и назвала своё имя! С таким же успехом ты могла просто лечь на стол и пригласить его отобедать тобой. Ты хоть представляешь, насколько сильны инстинкты хищника у вампиров? Как долго он будет помнить твой запах и вкус кожи? Как долго будет желать почувствовать их снова? И сколько сил ему потребуется, чтобы не впиться зубами в твою тоненькую шею? Если, конечно, он вообще захочет сдержаться!
Не поверив собственным ушам, я уставилась на Шейна. Гаспар — вампир? Нет, не так. Вампиры существуют? Вслух я, конечно, этого не озвучила. Не хотелось показывать, что мои знания о Мальфгарде довольно поверхностны.
— Откуда мне было знать, что он вампир? — Мой голос прозвучал жалобно, почти обиженно. Ну вот правда, как я могла это понять? Парень выглядел, как обычный человек: никаких торчащих клыков, одежды в готическом или викторианском стиле, или таблички «Граф Дракула» у него не было. К тому же разгуливал он по дому средь бела дня.
И тут я поняла, что, в общем-то, все известные мне факты о вампирах взяты из мифологии моего мира. Не помешает раздобыть литературу Мальфгарда и разобраться, что вообще за «фрукт» эти вампиры.
Шейн на миг смешался, будто новость о моём неведении его удивила. Или, быть может, даже напугала. В общем, выглядел он как человек, который непреднамеренно раскрыл строжайшую тайну.
— Ты же ведьма, — уже без былой уверенности произнёс он. — Ты должна была это почувствовать.