Остальные сорок шесть — воины и лучники из числа людей. Большинство — слепо и глухо, кое-кто — с ранами различной степени тяжести. Ни одного невредимого. Кто-то вообще потерял руку или ногу, кто-то остался без глаза, со шрамом через пол лица. Возможно, среди них были и дворяне, но пока трудно было сказать, кто есть кто. Собирали-то войско добровольцев со всего государства. Многие познакомились только на поле боя. Ничего, вот вылечим — и будет все хорошо. Все обязательно будет хорошо. Самых тяжелых Наринэль подлечил ещё на поляне, сразу после освобождения. К сожалению, "Колыбель жизни" для калек создавать было просто некому, во всяком случае, пока эльфийские целители не восстановят свою связь со стихией жизни в полном объеме. Наринэлю на это потребовалось больше двух недель, но у него случай особый. Он ведь два раза подряд в плен попадал, через малый интервал времени. Сколько этим эльфам понадобиться времени — не мог сказать никто.
В общем, сутки для меня даром не прошли. Хоть и не отдохнула, но теперь с уверенностью могу создать любое зелье для исцеления и ускорения выздоровления. Рецепты намертво засели в голове. После стольких-то повторов! Так, отдать последний сваренный мною котел Ларену, чтобы тот отнес его вниз, в бывшие тюремные камеры, и со спокойной совестью можно забрать у Яна миску с моей похлебкой. Да уж… Пришлось лазарет устраивать в тюремных камерах, а что делать? Не в логове же лича расположить всех новеньких. Туда пока просто дойдешь, устанешь. Оставшиеся свободными комнаты маловаты для такого количества разумных. Это если полностью освободить зал-хранилище, да поставить там двухъярусные кровати, как минимум — тогда может и поместятся все. Да и какая разница, на каком этаже спать. Нет, если после выздоровления господа колдуны и чародеи потребуют для себя отдельные комнаты, мол, невместно им спать рядом с обычными солдатами и вообще… А вот тогда… Вайрен спокойно сделает морду кирпичом и пошлет всех в пеший поход по болоту. И я его в этом поддержу. Полностью. Мне эта головная боль совсем не нужна. Мне бы поспаааать… Да подольше…
Мэтр Йорген не отрывал взгляд от карты окрестностей Оренса. Точнее, он внимательно следил за серебристой точкой, которая двигалась по этой карте в сторону неприятного пятна под названием "Проклятое болото". Заклинание поиска, усовершенствованное им, работало великолепно. Ирсим, пропавший маг, решивший проучить наглеца-крестьянина, был явно мертв. Об этом говорил цвет точки. Искать самого мага было бесполезно. Приходилось искать лишь его тело. О, проклятье… Все-таки в болоте…
Откинувшись в кресле, мэтр взял со стола листы бумаги с докладом магессы Мираны о расследовании данного происшествия. "Просмотр памяти", грубовато, но действенно. Даже более чем. "Крестьяне в доспехах и при оружии"… И резонное сомнение в том, крестьяне ли это были. Но ведь остатки светлого войска выловили. И уже даже продали, слава Властелину. А если нет? Эти странные крестьяне покупали провизию. Рассказывали, что всем селом прячутся в районе болота. В том же районе оказалось и тело пропавшего мага. "Проклятое болото"… Маг и пятерка воинов — это не толпа крестьян. Они бы не сгинули бесследно на простом болоте. Значит, с этим болотом точно что-то не так. Но не посылать же туда еще одного мага с большим отрядом? Двух магов? Нет, стоит обезопасить себя от неприятных неожиданностей в преддверии визита Темного Властелина в этот несчастный городок.
Положив лист с докладом в соответствующую папку, мэтр Йорген встал из-за своего рабочего стола. Жаль, но этому отряду приказ необходимо отдавать лично. Черные Всадники подчиняются не бумажкам, а людям и их прямым приказам. Говорят, что они подчиняются только Властелинам темных земель. И это правда. Но каждый Властелин может приказать им выполнять приказы кого-то другого. Конечно, если эти приказы никоим образом не нарушают приказов самого Властелина. Мэтру Йоргену повезло. Он смог выпросить у Властелина темных земель Алдарна два отряда этих великолепных воинов. Все-таки мэтру предстоял захват Оренса и удержание его в повиновении после этого. А ничего лучшего для устрашения светлых придумать было и нельзя.