— Я лишь компенсировала и преобразовала твое поле, я не задействовала собственную энергетику.
— Все равно это нагрузка, а тебе надо восстановить силы, — Норлан, не отнимая руки из ее рук, наклонился над ней, ласково поглаживая по волосам другой рукой, — К тому же неужели ты думаешь, я сам бы не справился с этим? Давай закрывай глаза, тебе необходимо отдохнуть.
— Тебе незачем справляться с моей магией… я не хочу, чтобы она причиняла тебе вред, — прошептала Къяра и, закрыв глаза, совсем тихо добавила, — А ты, оказывается, умеешь быть нежным…
— Да, мое сокровище, умею. Поспи, тебе это необходимо.
— Только не уходи, ладно? — Къяра приоткрыла глаза и крепче сжала руку Норлана.
— Ты прям как маленькая… — он сел на край кровати, — Куда же я могу от тебя уйти? Особенно теперь?
— Я всегда верила, что ты можешь все… и боялась тебя даже больше отца… хотя всегда старалась этого не показывать, — чуть слышно призналась Къяра и закрыла глаза, проваливаясь в темную бездну сна.
Проснулась Къяра часа через три, отдохнувшая и полностью восстановившая свои силы. Рядом с ней сидел Норлан, ласково обнимая за плечо.
— Как себя чувствуешь? — спросил он.
— Великолепно, — приподнимаясь в кровати, ответила Къяра.
— Это радует. Но вставать тебе сейчас все равно нельзя, поэтому ляг и не дергайся, — Норлан решительно надавил на плечо Къяры, вынуждая ее снова откинуться на подушки.
— С чего это ты раскомандовался? — улыбнулась Къяра.
— Сокровище мое, ты хочешь научиться владеть четырнадцатым уровнем?
— Хочу.
— Тогда будешь слушаться… и беспрекословно. Иначе учить не буду.
Къяра приподнялась, нежно обняла Норлана за шею и притянула к себе.
— А я заставлю, — смеясь, произнесла она.
— Не заставишь… если не будешь слушаться, сможешь лишь убить, — ласково, но твердо произнес Норлан.
— Это шантаж.
— А ты как думала, что я соглашусь учить тебя высшей магии, не поставив никаких условий?
— Конечно, — Къяра, не отрывая взгляда от глаз Норлана, нежно улыбнулась. Потом еще крепче обняла, ее губы коснулись его губ, а глаза поймали его взгляд, приглашая опытного мага погрузиться в пучину так долго скрываемых им чувств.
— Къяра, прекрати! — Норлан попытался высвободиться.
— И не подумаю… не противься, все равно не отпущу, — прошептала Къяра, и ее губы вновь нашли губы Норлана.
— Къяра, не надо! Я понимаю, что ты пытаешься найти еще один способ воздействия на меня, но это ни к чему! Ты и так все получишь, — Норлан оттолкнул ее, — я буду тебя учить всему, чему захочешь.
— Все получу, говоришь? — лукаво спросила Къяра и с улыбкой добавила, — Так обними меня. Сейчас я хочу получить именно это.
— Къяра, ты потом пожалеешь об этом… это лишь твоя минутная прихоть. Не надо, не запутывай наши взаимоотношения. Сейчас ты не знаешь, как избавиться от Кая, а потом тебе придется искать способ избавиться от меня.
— Это ты все запутываешь… и все усложняешь. Я теперь знаю, что ты меня любишь, чтобы ты не говорил… и заставлю тебя перестать скрывать эти чувства.
— Хорошо, мое сокровище, — Норлан ласково посмотрел на нее, — как скажешь. Когда начат обратный отсчет надо получать удовольствие от каждого мгновения. Потому что каждое такое мгновение — счастье.
— Я знала, что ты так скажешь, — прошептала Къяра, крепко прижимаясь к нему. После чего утонула в океане чувств, эмоций и головокружительных ощущений.
Когда Къяра утомленная и обессиленная отстранилась и откинулась на подушки, Норлан, облокотившись на локоть, приподнялся и окинул ее долгим взглядом.
— Устала? Хочешь отдохнуть?
— Да. Я не испытывала такого никогда… И ты хотел лишить меня этого… изверг.
— Сокровище мое, я и не предполагал, что ты можешь предпочесть объятия старого мага, молодым, хорошо подготовленным и искусным любовникам, — Норлан поднялся с кровати и стал поправлять одеяние.
— Ну, пятьдесят три для мага, это не старость… не прибедняйся, это — во-первых. А во-вторых, я люблю тебя, учитель.
— Сокровище мое, — Норлан резко обернулся к ней, — не надо разбрасываться такими словами.
— Я не говорила таких слов, кроме отца, никому и никогда… но как ты понимаешь, к нему у меня любовь несколько иная.
— Даже Катарине? — Норлан вернулся к кровати.
— Почему «даже»? — не поняла Къяра.
— Потому что я знаю, как ты к ней относилась.
— Нет, не говорила, — с усмешкой покачала она головой, — Она действительно была очень дорога мне, и я любила ее. Но не так, как ты думаешь. Между нами ничего не было… Она была дорога мне как сестра. А уж у нее ко мне чувства были еще своеобразнее. Я была нужна ей, и она очень отчетливо осознавала это и вела себя соответственно.