— Да ничего я не скажу ему, малышка, успокойся… сама будешь разбираться с ним… — Къяра подошла к ней, ласково погладила по плечу, а потом прижала ее к себе, — глупенькая девочка… До чего же ты напоминаешь мне меня в детстве… я как будто больше чем на десять лет время назад отмотала… и мне так жаль тебя… ты не представляешь через что он заставит пройти тебя перед смертью…
Девочка не отстранилась, она наоборот сильнее прижалась к ней и, запрокинув голову, заглянула в глаза:
— Тебе действительно меня жалко?
— Да, малышка… — Къяра кивнула и нежно погладила Линду по голове, — Ты упрямая, милая девочка и очень мне нравишься. Я была такой же…
— Ты не считаешь меня страшной уродиной? — девочка испытующе посмотрела на нее и вдруг губы ее тронула улыбка, — Ты первая, кто назвал меня милой.
— Глупенькая… никакая ты не уродина, у тебя своеобразная внешность, но ты по-своему очаровательна, особенно когда улыбаешься, как сейчас.
— Меня никто и никогда не жалел и не говорил таких слов… даже мама в детстве… она стыдилась меня и лишь кричала и наказывала, если я попадалась ей на глаза…
— Бедненькая моя, за что же она тебя так?
— Я была не похожа ни на нее, ни на отца… она боялась, что отец заподозрит ее в измене… он и подозревал… и когда напивался, кричал, что она нагуляла меня с кем-то, и он прибьет нас обеих… а потом однажды придушил ее, а ко мне прибежала ее старенькая служанка, она одна ко мне более-менее хорошо относилась и сказала, что он приказал своим охранникам привести меня к нему, она спрятала меня от них, а потом ночью помогла мне бежать…
— А как ты попала сюда?
— Я долго скиталась… кем я только не была, и помощницей уличной торговки, и мыла полы в таверне и помогала портнихе и много еще чего… Но все мои хозяева иначе как уродиной меня не звали… и через какое-то время, говоря, что я распугиваю их клиентов, выгоняли меня… А потом меня на улице поймал патруль, меня обвинили в бродяжничестве и должны были продать как рабыню… вот тогда меня и выкупил маг и отправил сюда…
— А почему ты не хочешь научиться использовать магию?
— Къяра, мой отец был магом. Поэтому мать, чтобы доказать, что я его дочь, да и он сам, чтобы проверить это, не раз пытались заставить меня начать ее использовать, но я не могу. Я солгала тебе. Ты не верила, что я не могу, и я солгала. Ты очень нравишься мне… мне показалось, что если я скажу это, то стану немного похожей на тебя… Только это не так… Я не маг, но учитель не верит в это. Ты теперь уйдешь?
— Я не тороплюсь, малышка… и для меня не играет никакой роли: владеешь ты магией или не владеешь. Ты нравишься мне просто так. Только ты маг, хочешь ты этого или нет. И я могу доказать тебе это, если пообещаешь делать то, что скажу.
— Конечно, я сделаю.
— Ты очень не любила своего отца?
— Я очень его боялась… его вообще-то все боялись. Но у меня он вызывал просто дикий ужас и животный страх… я даже разговаривать при нем не могла и соображала с трудом. Он злился, кричал, наказывал… но от этого я еще больше зажималась…
— Представь, что перед тобой не я, а он, — Къяра отстранилась и встала напротив девочки.
— Я не могу… — Линда растерянно посмотрела на нее.
— Это может кто угодно. Закрой глаза, представь картинку, а потом я помогу тебе… Самое главное не бойся, его же на самом деле тут нет, ты только вообразишь себе это.
— Хорошо, я постараюсь, — Линда закрыла глаза и представила образ отца, картинка получилась яркая и такая четкая, что она даже испугалась.
Къяра быстро, вскользь, чтобы девочка не успела поставить блок, перехватила образ и, взмахнув рукой, скомандовала:
— Глаза открой!
Линда послушно открыла глаза и попятилась к стене, перед ней стоял ее отец. У нее свело пальцы рук, перехватило дыхание, а в глазах появилось выражение страха и отчаяния. Линда почувствовала, что ей не хватает воздуха, она судорожно ртом вздохнула несколько раз, повторяя про себя: «его здесь нет, мне лишь кажется это». Ей удалось восстановить дыхание, а потом она зажмурилась, помотала головой и снова открыла глаза. Однако образ отца не исчез.
Наоборот, отец сделал к ней шаг и хрипло проговорил:
— Я столько искал тебя, Линда…
Линда вжалась в стену и испуганно замерла.
— Где же ты была все это время? Не считаешь, что пора вернуться? Давно уже пора… — произнес отец.
И тут Линда не выдержала. Все, что долгие годы копилось у нее в душе, вся боль, страх и ненависть выплеснулись разом наружу.