— Пойдем, — Къяра раздраженно махнула рукой и стремительно направилась к выходу, крикнув по дороге Феруза.
Оставив Феруза у входа, Къяра вошла в центральную башню дворца конунга. Поднявшись по узкой винтовой лестнице к сокровищнице, где конунг, под круглосуточной охраной, хранил ее магический концентратор, она остановилась. Раннег шагнул вперед и, зная, что охрана добровольно двери Владетельнице не откроет, сделал знак рукой. Охранники тут же расступились и они вошли внутрь. В небольшой комнате без окон, на маленьком столике посередине на подушке из красного бархата лежала диадема. Конунг взял ее в руки и, преклонив колени, передал Къяре со словами:
— Владетельница, я возвращаю ее тебе в вечное пользование.
Къяра молча приняла ее и тут же надела на голову.
— Я был неправ, когда решил забрать ее у тебя, — добавил Раннег, склонив голову.
— Хорошо, что хоть сейчас это понял. Вставай, пойдем, у нас очень мало времени.
Къяра вышла из сокровищницы. Спускаясь по узкой винтовой лестнице, она обратилась к шедшему за ней конунгу.
— Мне необходимо попасть в порт. Маги установили там свои артефакты.
— Свои арте… что? — на лице Раннега отразилось недоумение.
— Свои магические вещи, дающие им силы… Мне будет нужна сотня конных воинов. У тебя есть?
— Да, в городе осталось несколько тысяч.
— Отберешь лучших. Остальных оставишь здесь.
— Мне сопровождать тебя?
— Не знаю, как хочешь. Там ты мне будешь не особо нужен, хотя и здесь, я надеюсь, ничего не будет, главное, чтоб неприятелю ворота не открыли… в общем, сам решай.
— Я поеду с тобой.
— Хорошо, только командовать буду я. Посмеешь вмешаться, убью. Понял? — ее тон не допускал возражений.
— Да, Владетельница.
Стремительным вихрем сотня во главе с Къярой вылетела из городских ворот, и стражники тут же захлопнули тяжелые створки вслед за ними и опустили решетку. Не сбавляя темпа, маленький отряд пронесся через поле и врезался в гущу подступающих к городу воинов. Отряд мечами проложил себе дорогу. Къяра магию не использовала, ее целью были не воины, а маги, которые сейчас обустраивались в порту. Для них появление Къяры должно было стать полной неожиданностью. Прорвавшись почти без потерь сквозь ряды противника, Къяра направила свой отряд к порту.
Влетев на взмыленных конях в порт, воины по приказу Къяры расчистили от неприятеля крепостную стену порта. Владетельница, взбежала на нее и, приказав воинам никого не подпускать к ней на сто шагов, поднялась на ее высокий край над амбразурами. Ее длинное темно-серое, расшитое черным шелком платье с широкими рукавами трепал ветер, делая ее похожей на мрачную птицу, накликивающую беду. Она воздела руки к небу, и на небе, над ее головой собралась черная туча, а ветер усилился. Къяра начала читать заклинания и началось мрачное действо.
Из тучи на землю брызнули серебристые искорки, которые собирались в воздухе, наподобие облаков, и словно живые существа, перемещались в пространстве, гонимые сильными порывами ветра.
Первыми под удар светящихся искорок попали три заморских мага, которые, окруженные сияющим облаком искр, выбежали на улицу и со страшным криком стали в судорогах кататься по земле. Они пытались вырваться из светящегося скопления и хоть какими-то знаками объяснить своим соратникам, что причиной их страданий является девушка-маг, стоящая на краю крепостной стены, и что ее необходимо убить, чтобы всем выжить. Но их никто не понял. Напротив, вид магов бьющихся в припадке, полностью деморализовал воинов неприятеля и самое главное их военачальников. Они не знали что предпринять. Несколько лучников попытались выстрелить в Къяру, но их стрелы отнес сильный ветер, вихрем кружившийся вокруг нее, а воинов с мечами не подпускала к ней ее сотня.
Как только последний маг испустил предсмертный вздох, пришла очередь и войска. Искорки разлетелись в разные стороны и наполнили собой все обозримое пространство. Вдохнув хотя бы одну из них, воины неприятеля падали парализованные неведомой силой, не дававшей им даже двинуться. Вскоре ни в порту, ни на кораблях, ни у стен окруженного неприятелем города не осталось ни одного воина, способного держать оружие.
Тогда Къяра опустила руки и оглянулась на своих соратников. Те смотрели на нее со смешанным чувством благоговейного ужаса и восхищения.
— Ты убила всех? — осмелился прервать молчание конунг.
— Нет, только магов. Остальные придут в себя дня через два, — ответила Къяра. Она была бледна и кусала губы.
— Тебе плохо? — внимательно посмотрев на нее, спросил конунг, и подал ей руку, помогая сойти.