— Он захотел, чтобы мой приказ был подтвержден его наставником. А я не захотела вызывать обилайта, и предпочла объяснить ему сама, что мои приказы ни в чьем подтверждении не нуждаются. Теперь ты удовлетворен?
— Вполне… Значит, вначале он был непочтителен с тобой, и не извинился перед тобой, а потом оказалось, что он не знает, что твои приказы ни в каком подтверждении не нуждаются, и тебе пришлось ему это объяснять… Замечательно… но меня еще интересует: это был первый раз, когда он проявлял к тебе свою непочтительность?
Къяра отвернулась и ничего не ответила.
Кай стоял в центре зала ни жив, ни мертв. Он понимал, что Владетель все знает, и теперь его ждет страшная кара, на которую и намекал учитель. Однако смысл самого диалога Владетеля с дочерью ускользал от него. Он не понимал, почему Къяра столь туманно объясняет все происшедшее между ними, хотя ей было бы намного проще сказать сразу, что он отказался выполнить ее приказ. Но почему-то именно это она отрицала до последнего.
— Къяра, не зли меня! — тон Владетеля стал жестким. — Или ты будешь отвечать или я сейчас при тебе реструктуризирую его мозг, даже не разбираясь ни в чем…
— Зачем же так сразу, отец? — Къяра повернулась к отцу, и на губах ее заиграла очаровательная улыбка. — Я просто собиралась с мыслями, пытаясь вспомнить, было ли такое когда-нибудь.
— Замечательно, дитя мое. И что же ты вспомнила?
— Возможно, что-то и было, но я не замечала… — Къяра отвела взгляд.
— Неужели, радость моя? Ты опять лукавишь. Вся обитель видит, а она не замечала… — мягко начал Владетель, а затем, неожиданно его тон сменился, и он жестко потребовал: — Прекрати мне лгать! Ты делаешь только хуже ему! Я хочу знать, почему ты демонстративно столько времени не замечала то, что он непочтителен с тобой!
— Мне только этого не хватало! — резко ответила Къяра. — По-твоему, я должна следить за чужим учеником: почтителен он или нет? У него учитель есть, вот пусть он и следит! А у меня своих проблем хватает, чтобы обращать внимание еще на его глупые мальчишеские выходки. И ты знаешь об этом!
Она вскинула голову и посмотрела в упор на отца. Ее глаза метали молнии.
— Так ты хочешь сказать, что Норлан плохо справился со своими обязанностями как наставник? — спросил Владетель вкрадчивым тоном.
— Прекрати передергивать мои слова! Я этого не говорила!
— Не говорила, но это следует из твоих слов…
Тут Норлан поднялся со своего кресла:
— Владетель, Къяра абсолютно права, это лишь моя вина. Я слишком увлекся магической подготовкой ученика и не смог объяснить ему самые основополагающие правила и законы, и вряд ли смогу уже это сделать теперь… Так что я готов понести любое наказание.
— Норлан, — Къяра в гневе обернулась к нему, — хоть ты можешь не лезть? Тебе надоело быть сторонним наблюдателем, и ты решил поучаствовать в нашей столь увлекательной беседе с отцом или у тебя свой интерес? Если свой, то ты так и скажи, не надо этих представлений. Я и без них знаю, что ты даже под плеть ляжешь, лишь бы в угол меня загнать…
— Къяра, то, что я не смог подготовить ученика, это факт. Не надо спорить с очевидным, — тихо и бесстрастно произнес Норлан.
— Только не надо рассказывать мне сказки. Ученика он не смог подготовить… как же… скорее подставил, — Къяра недовольно скривила губы, — Ладно. Что ты хочешь?
— Возьми его себе в качестве ученика.
— Норлан, ты с ума сошел! Ты считаешь, что мне своих мало?
— Это единственный способ для него избежать гнева Владетеля, да и для меня тоже, — усмехнулся Норлан.
— И по какой же причине, позволь узнать? Ты тоже считаешь, что твой ученик не владеет магией сфер и провалил экзамен?
Къяра обращалась к обилайту, но ответил ей Владетель.
— Радость моя, неужели ты считаешь, что я позволю выйти из обители магу, который допускает непочтительное обращение со своей будущей Владетельницей.
— Отец, он больше не допускает… Неужели ты не видишь?
— Это он сейчас, пока не отошел от наказания не допускает, а без жесткого контроля не известно, что он еще может допустить.
— Отец…
— Все, Къяра! Или ты берешь его себе в качестве ученика, или я разбираюсь с ним сам, и ты знаешь как…
— Хорошо, я возьму, — Къяра вновь капризно скривила губы.
— Къяра, я не слышу официальный ответ!
Къяра глубоко вздохнула и тихим, бесстрастным голосом произнесла:
— Владетель, я беру Кая себе в ученики и отныне полностью отвечаю за его поведение и все его поступки.
— Вот и хорошо, — Владетель улыбнулся и ласково потрепал Къяру по плечу, — иди, приступай к своим обязанностям, дитя мое.
— Да, отец, — Къяра склонила голову, а затем направилась к выходу, бросив по дороге замершему в центре зала Каю, — Следуй за мной.
Не посмевший даже рта раскрыть Кай покорно пошел за ней следом.
Къяра спустилась с Каем на нижний этаж правого крыла здания обители, который был полностью отдан в ее распоряжение. Сюда, за большую массивную дверь не смел, без ее разрешения, заходить никто, кроме Владетеля, обилайта, да еще Лукаса.
Къяра знала, что вся обитель полнится слухами, что она творит здесь со своими учениками. Она обернулась и внимательно посмотрела на Кая. Юноша был подавлен, растерян, но не испуган. Даже после недавнего ее столь жестокого наказания перед ней он страха не испытывал. Это было скверно, так как Къяра понимала, что в любом случае ей придется заставить этого гордого юношу бояться ее.
— Заходи, — кивнула Къяра на дверь.
Кай открыл дверь, зашел и придержал дверь, пропуская ее.
— Надеюсь, ты догадываешься, что выйти отсюда без моего разрешения ты не смеешь? — Къяра захлопнула за собой дверь.
— Да, — Кай опустил голову.
— Мне надо наказать тебя, чтобы ты начал обращаться ко мне как положено или сам без наказания сообразишь?
— Да, учитель, — с трудом выдавил из себя Кай.
— Молодец, — усмехнулась Къяра, — схватываешь просто на лету.
Она прошла вдоль длинного коридора и, распахнув дверь большого зала для занятий, вошла внутрь. Кай вошел следом.
Девять ее учеников и занимающийся с ними Лукас тут же встали со своих мест и молча замерли, ожидая ее распоряжений.
Къяра обвела учеников мрачным взглядом.
— Это мой новый ученик, — сухо проронила она, указывая на Кая, — зовут его Кай. Лукас, иди, приготовь ему комнату, а я продолжу занятие.
— Отдельную комнату или смежную с общей спальней? — уточнил Лукас.
— Отдельную.
— Хорошо, — Лукас кивнул и вышел из зала.
Девять мальчишек от десяти до четырнадцати лет стояли перед Къярой, потупив взор, боясь даже пошевелиться.
— Кай, можешь сесть там — Кьяра рукой указала на свободный стол со стулом у окна, — тихо посиди и главное не мешай.
Кай прошел на указанное место и молча сел.
— А остальные пока постоят… — тем временем продолжила она.
Потом еще раз мрачно и внимательно оглядела замерших перед ней учеников:
— Ольвейн, иди ко мне.
Один из мальчиков тут же приблизился к ней, заложил руки за спину и поднял голову. Худенький, с коротко стриженными пепельными волосами. Он неотрывно смотрел на нее, и в его глазах плескался ужас и страх. Отвести взгляд он не смел, зная, что это повлечет за собой еще более жестокое наказание, чем то испытание, которое ему предстояло пройти.
Къяра положила ему руки на плечи и, поймав его взгляд, открыла перед ним сферу пятого уровня. Мальчик вздрогнул, его глаза наполнились слезами, но он терпел, не двигаясь и не отводя взгляд.
Через некоторое время Къяра произнесла:
— Руку поднял и сконцентрировал часть энергии в ней.
Мальчик дернулся, но руки не поднял. Къяра знала, какую боль вызывает у него сейчас любое движение, но также знала и то, что эту боль можно не только преодолеть, но и привыкнуть к ней, как привыкла она. Сейчас она, держа сферу открытой и удерживая ее энергетику прямо перед учеником, испытывала боль в несколько раз превосходящую ту, что чувствовал он.
— Руку поднял!