— Благодарю, тебя, — улыбнулся Лиат и, склонившись над ней, развязал пояс халата. Распахнув халат, он начал нежно ласкать ее тело. Уже минут через пять Къяра блаженно закрыла глаз и, перестав контролировать свое тело, послушно отдалась во власть так умело ласкавших ее рук. Сама она ни разу не коснулась Лиата, и тот лишь по ее рукам, сжимавшим край покрывала, да напряженным мышцам, мог догадываться, какие его ласки доставляют ей удовольствие.
Когда Къяра истомлено замерла на кровати, Лиат укрыл ее большим пушистым пледом и, прошептав нежно на ухо, — поспи немного, до рассвета еще три часа, — поднялся с кровати.
Опустившись в соседнее кресло, он задумался. Только что он сделал то, к чему готовил себя уже давно и чего страшился все это время. Страшился, что его двоюродная и так горячо им любимая сестра, а теперь уже и супруга, отвергнет его и, посмеявшись над ним, не даст даже прикоснуться к себе. Боялся, что он не сумеет ее убедить в том, что он уже не маленький мальчик, которого она когда-то знала. Теперь все это было уже позади. Его супруга позволила ему все и, по-видимому, даже осталась довольна. Лиат до хруста в суставах, нервно сжал руки. С одной стороны ему хотелось дождаться пробуждения Къяры в ее комнате, а еще лучше самому разбудить ее, а с другой стороны им овладел какой-то панический страх. Ему стало казаться, что, проснувшись и увидев его рядом, Къяра выгонит его, пожалев о том, что позволила ему накануне. Эта картина так явственно встала у него перед глазами, что у него выступили слезы, а к горлу стали подступать рыдания. Он прижал руки к лицу и выбежал из комнаты.
Вбежав в свои покои, Лиат упал на кровать и, уже не сдерживаясь, зарыдал. Сказалось нервное напряжение всех последних дней, Лиат плакал навзрыд, даже не понимая причины, по которой плачет. Плакал он долго и никак не мог успокоиться. Из этого состояния его вывело нежное проглаживание по спине и тихий голос Къяры:
— Ну не надо, все хорошо, малыш… все хорошо…
— Прости… — Лиат повернулся и губами прижался к ее руке.
— Да не за что тебе просить прощения, ты просто устал… Ты отдохнешь, и все будет хорошо, — Къяра протянула ему платок.
Лиат поднялся, вытер платком слезы, отсморкался и сел на кровати рядом с Къярой:
— Ты не прогонишь меня?
— Что ты имеешь в виду?
— Позволишь ли ты мне после этого быть с тобой?
— Хочешь честно?
— Да.
— Ты искусный и умелый любовник Лиат, и я не имею ничего против того, чтобы ты был подле меня. А вот дальше есть два варианта. При первом на этом твои функции заканчиваются, и ты, не покидая дворца, общаешься со мной лишь в опочивальне. В этом случае от тебя больше ничего не требуется. Однако есть и другой вариант, при котором ты будешь сопровождать меня практически постоянно, но это потребует от тебя соблюдения некоторых условий… Во-первых, эта истерика будет первой и последней, как бы трудно и тяжело тебе не было, во-вторых, ты будешь учиться военному искусству и тренироваться. Я хочу, чтобы мой супруг, если он меня сопровождает, не только мог уверенно держаться в седле, но и владел хотя бы на примитивном уровне мечом и другим оружием, а так же понимал хоть что-то в стратегии и тактике боя. В-третьих, тебе придется не только привыкнуть к моим достаточно жестким действиям и требованиям, но и научиться беспрекословно мне подчиняться. Твои вольности я смогу простить тебе лишь в спальне. Выбор я оставляю за тобой. Подумай, только не торопись… потому как учитель я очень жесткий, если не сказать жестокий.
— Ты стала другой…
— Давно, мой мальчик, очень давно.
— Мне даже думать нечего, Къяра, я и так знаю: воина из меня не получится, как бы я не хотел… Дядя пробовал меня учить, но я не чувствую противника и не чувствую оружия. Я научился махать мечом, но именно махать, а не владеть, как владеешь ты. Ты будешь лишь сердиться…
— Ничего не дается сразу, мой мальчик, все достигается лишь путем постоянных и долгих тренировок. Чтобы владеть мечом так, как я владею сейчас, мне пришлось посвятить этому более трех лет.
— Это когда ты училась у Виарда?
— Да. Когда я попала к нему я и меча-то в руках удержать не могла, и было мне всего двенадцать…
— Зато к тому времени, ты уже владела магией…
— Какая магия, ты что, Лиат… Когда я один раз попыталась использовать магию, Виард избил меня так, что я неделю еле ходила, — рассмеялась Къяра.
— Он бил тебя? — глаза Лиата расширились.
— Конечно… Неужели ты думаешь, что ребенка можно заставить преодолевать боль, усталость и страх не применяя наказаний? У него же нет никакой мотивации, кроме как избежать жестокого наказания.
— Почему нет? Ты же хотела быть воином. Чем это не мотивация.
— В двенадцать лет девчонке хотеть быть воином? Да ты что? Не смеши меня. Это отец хотел, чтобы я им стала. А я хотела играть в игрушки, скакать верхом, ну и в качестве развлечений иногда сотворить что-нибудь примитивное в виде новой сбруи для лошади или украшения для себя и все. Ничего я больше не хотела.
— И ты не пробовала сбежать?
— Куда? Неужели ты думаешь отец не нашел бы меня? К тому же после того, что я испытывала в обители, любое наказание Виарда казалось пустяком.
— И ты даже не сопротивлялась?
Къяра озадаченно пожала плечами.
— Ты задаешь такие странные вопросы, малыш. Я даже не знаю, как на них отвечать. Сопротивляться чему? Обучению или наказаниям? Я конечно не всегда выполняла, то что хотел мой учитель, но сопротивлением назвать это было нельзя… А уж наказаниям я и вовсе не противилась… Как можно сопротивляться учителю и самое главное зачем? Сопротивляться можно, когда ты сильнее и больше не хочешь у него учиться. Если ты сильнее учителя изначально, то какой же он учитель? А если ты стал сильнее, то значит, он тебя уже всему научил, и ты должен быть ему, по меньшей мере, благодарен.
— Но в случае с Виардом, ты владела магией, которой он не владел, и была сильнее его.
— Мой отец хотел, чтобы я стала воином, поэтому мне было запрещено пользоваться магией. И до тех пор, пока я не стала сильнее учителя как воин, я училась у него…
Лиат смотрел на Къяру и не мог поверить, что это она рассказывала о себе. У него в голове не укладывалось, что роскошную красавицу, его сестру, кто-то осмеливался наказывать и мучить.
— Ты никогда не рассказывала мне об этом. Когда ты бывала во дворце, ты никогда даже словом не обмолвилась, каково тебе приходилось…
— Я вообще-то и сейчас не жалуюсь, малыш. Я считаю, это обычным процессом обучения.
— Тебя и в обители наказывали?
— Лиат, тебя что, это как-то задевает?
— Не то слово, Къяра. Я уже заочно ненавижу Виарда и всех магов, посмевших тебя мучить.
— Меня никто не мучил, меня учили и выучили хорошо. За что я им всем несказанно благодарна. Все, давай закроем эту тему. Я рассказала тебе об этом, лишь чтобы дать понять, что если ты что-то хочешь, то через труд, терпение и преодоление усталости и боли, ты можешь всего добиться. И сейчас тебе достаточно только сказать, что ты этого хочешь, а уж я заставлю тебя достичь цели.
— Это неправильно.
— Что?
— Так учить.
— Чудесно, а как правильно?
— Просто учить.
— Вот тебя мой отец, а твой дядя больше двух лет как ты говоришь "просто учил" владеть мечом. И что? Ты с твоих же слов научился им махать. А я тебя через полгода могу заставить им виртуозно владеть и сражаться на равных с противником наподобие Феруза.
— И как ты это сделаешь?
— Заставлю тренироваться с утра и до утра, через усталость и через "не могу".
— Так как заставляли с самого начала тебя?
— Что ты все на меня переводишь? Нет, меня заставляли не так. Виард больше полугода меня просто так гонял, пытаясь от меня избавиться, прежде чем серьезно учить начал. Я тебя быстрее натаскать сумею.
— Он что не хотел учить тебя?
— Конечно, нет. Он вообще не хотел никого учить, а уж тем более маленькую девчонку, но не мог отказать отцу.
— И что он делал, чтобы тебя не учить?
— Лиат, какая разница, что он делал. Важен результат, а в результате он научил меня не только искусству боя, но и всему, что может пригодиться в жизни, когда тебя никто не опекает.