— Их двое, — проворчал он.
— Может, ребенок, — вгляделся Алеша.
— Да, верно, она говорила у ней дочка лет пятнадцати… С чего и начать, не знаю? Срам какой, с постели подняли. Как разбойники врываемся. Возьмет да не откроет! Ох, ты, дедко, ехал тихо.
Катерина открыла дверь.
— Милости просим, — сказала она. — Заходите.
— На одну минуточку, согреемся да и уйдем, — сказал Африкан с дрожью в голосе.
В маленькой кухне было темно. Африкан и Алеша топтались около двери. Дочка Катерины, высокая стройная девочка, весело поздоровавшись, юркнула к печи, сняла оттуда самовар, поставила его на скамеечку к вытяжной трубе.
— Проходите, проходите, — приглашала Катерина. — Раздевайтесь, скорее согреетесь.
Африкан сбросил пальто, шапку, снял валеные галоши, прошел в избу.
— Извините, беспокойство вам задал… Получилось так… Ехали мимо.
— Какое беспокойство?.. Мы с дочерью только уснули.
Катерина с удивлением смотрела на его праздничный наряд, на ордена.
— Алеша, сходи-ка к возку за посудиной… Разопьем да и марш домой, — сказал Африкан. — Со станции на перепутье заехали.
— Вижу, с какой вы станции, — с усмешкой заметила Катерина.
— А что?
— Не картошку ли возили? — лукаво спросила она.
— Да, картошку, — прищурил глаза Африкан.
— Ну так посидите немножко, я к соседке сбегаю… Поди, мешки ворочали, устали?.. Чаю попьете и поедите.
— Задали мы вам беспокойства… Право сейчас уедем.
— Здесь я хозяйка. Раз вошли в избу, сидите и слушайтесь! — и с этими словами ушла из дома.
Африкан сел на лавку. Изба была небольшая, в три окна. Во всем чувствовалась заботливая, умелая рука хозяйки. В простенке сверкало большое зеркало, на окнах чистые, светлые занавески. Никелированная кровать с горой подушек стояла у печки, закрытая розовым покрывалом. Дубовый посудный шкаф, комод, столик с письменным прибором, полка с книгами…
«С женщинами никогда не угадаешь, как лучше? — размышлял Африкан. — Ну, приехал поздно, виноват. Приглашала ведь на собрании, — приглашала. Так зачем к соседке бежать?.. Того гляди, смотрины жениху устроит. Посидели, поговорили бы… Алеша бы сыграл для веселья… Эх, может быть, зря на лошади приехал, да еще с Алешей… Одному бы придти под вечерок, чтоб никто не видел…»
Он терпеливо поглядывал на мерное качание маятника. Катерина как в воду канула.
На кухне зашипел самовар. Брякнула крышка о конфорку. Дочка Катерины легко вбежала в избу, стала раздвигать стол, но половинки крепко держались шпонками.
— Давай помогу! — предложил Африкан. — Как тебя звать-то, доченька?
— Вера, — ответила она.
Они раздвинули половинки, вложили в середину дощечку. Девочка накрыла стол полотняной скатертью, достала из шкафа тарелки, чашки, ножи, вилки…
— Зачем столько посуды наставляешь? Гости, что ли, будут? — с улыбкой спросил Африкан.
— Мама велела, — ответила Вера, заботливо осматривая стол.
— Ну, раз мама велела, ничего не поделаешь, — вздохнул Африкан.
XV
Катерина явилась в компании подруг, в новом шерстяном платье. Она познакомила Африкана с подругами, и сразу изба наполнилась веселыми возгласами, смехом. Все бросились помогать Катерине. Через несколько минут на столе появились соления, рыба, сало, водка и красное вино.
Пришел с женою Филипп Круглов, брат мужа Катерины, сухощавый человек с окладистой бородкой, в военной гимнастерке и шароварах, отслуживший исполнительный солдат, каких было много в полку Африкана.
Африкана усадили за столом, в самом центре, чтоб был виден бабам, постепенно наполнявшим кухню. По селу уже из дома в дом передавалось:
— У Катерины Кругловой смотрины. Приехал Африкан Жихарев из Чаромы.
Движимые любопытством, бабы и девки все прибывали. Из кухни перебрались в избу, встали вплотную к столу. Появились и молодые парни, зашедшие с посиделки.
Алеша к столу не пошел, устыдился своей старой рубахи. Катерина принесла ему в кухню чашку водки, стакан чаю и соленых рыжиков.
За столом становилось все оживленнее. Лукаво глядя на Африкана, женщины допытывались, признает ли он любовь.
Затея Катерины устроить смотрины теперь Африкану нравилась. Он отшучивался на вопросы, бросаемые ему со всех сторон.
Филипп Круглов степенно сказал:
— Я так понимаю, человеку нужны дом, семья и работа — и он счастлив.
— Но почему есть счастливые семьи и не счастливые? — заметила одна из женщин, смотря на Африкана.
— Природу не умеют подслушать, — ответил Африкан. — Сходятся лишь бы семьей обзавестись. Я еще в армии был, а бабы у колодца невесту уж подыскали. Посмотрел на нее, сердце не колыхнулось. Ну и отставил. Природа подскажет кого любить. — Он взглянул на Катерину, сидевшую, как и полагалось на смотринах, против него.