– Ну не прелесть ли?
Франческа очнулась.
– Что такое? К кому вызывают? – выпалила она спросонок.
В ответ раздался смех.
– Прелесть – это вы с ветрогоном. Свернулись клубочком, словно кутята в корзине, а город пусть идет прахом. По вашей вине, между прочим. Но вы не обращайте внимания, подумаешь, погибнет кто. Одеяльце принести? Подушечек?
– Луро? – Франческа наконец узнала голос и села. – Что такое? Где мы? – Из темноты проступил невысокий стариковский силуэт. – Лос раздери, вы-то как здесь…
– Не по своей воле, – заверил старик. – Честное слово, я так надеялся не возвращаться больше в этот приют, но вы сгноили мои надежды на корню.
Франческа хотела создать огненного светляка, но золотого текста в мышцах не возникло.
– Я под цензурой! – осознала она с ужасом. – Я не могу…
Она попыталась пощупать голову в поисках цензурирующей повязки, и рядом тут же шевельнулась массивная тень.
– Не трогайте! – велел Луро. – Без фокусов. Мне и без того попрыгать пришлось, чтобы они вас не слопали, когда вы тут валялись, словно дохлая рыба. Начнете размахивать руками почем зря, увидите желудок ликантропа изнутри.
Франческа опустила руку.
– Мы в ликантропском логове?
– Вроде того.
– И вы с ними разговариваете? Или вы сами ликантроп? – Франческа усмехнулась. – Шерсти в ушах у вас точно на пол-ликантропа хватит.
Старик кашлянул смущенно.
– БОЖЕ ВСЕВЫШНИЙ! ВЫ ЛИКАНТРОП?
Невидимая тень сбоку зарычала таким густым басом, что в груди у Франчески загудело, как в барабане. Рядом кто-то застонал. Похоже, Сайрус.
– Все-все, целительница, успокойтесь, – проворчал Луро. – Нет, я не совсем ликантроп. Во второй раз так и не перекинулся.
– А в первый, Лос вас раздери?
Сайрус ухватил ее за руку.
– Фран, где…
– Мы в безопасности, – перебила она, сжимая его ладонь. – Надеюсь.
– В безопасности, – подтвердил Луро. – Пока. Но разлеживаться хватит.
Пошатываясь на нетвердых ногах, Франческа пересказала Сайрусу то немногое, что удалось узнать. Луро общался с невидимым существом – оно отвечало на смеси рычаний и скулежа, из которой, кажется, в свое время с боем выбили грамматику и синтаксис.
Луро велел Франческе с Сайрусом идти на его голос – массивная тень с первого же шага увязалась следом. Франческа настороженно оглянулась через плечо, но различила только бесформенный силуэт. Вскоре тоннель закончился небольшой открытой площадкой, выходящей, как сперва показалось Франческе, на амфитеатр.
На самом деле это был карьер, выгнутый широкой подковой и увенчанный зубчатой стеной. Склоны его представляли собой гигантские длинные уступы, соединенные между собой булыжными пандусами. Вертикальную стену каждого прорезали арочные проемы уходящих в толщу склона тоннелей, а вверх тянулись толстые деревянные шесты, поддерживающие высоко над карьером сплетенную из травы сеть, сквозь которую просвечивало ясное вечереющее небо.
– Мы в ликантропском логове, – выдохнул Сайрус.
– Приюте, ветрогон! – рявкнул Луро из тоннельного зева.
Сайрус сделал вид, что не расслышал.
– Травяная сеть защищает водоем, чтобы дозорные иерофанты не насыпали туда яду с воздуха. – Он показал на дно карьера, и Франческа, вздрогнув, поняла, что виднеющаяся там темная гладь – это небольшое водохранилище.
– Не надо так громко о том, как ветряные бурдюки убивают наших, – пробурчал Луро из-за Франческиного плеча. – Вредно для здоровья.
Франческа обернулась, ожидая увидеть за спиной Луро огромного волка. Но увидела только старого каника и темный зев тоннеля. Там что-то шевелилось. Большой силуэт и несколько других, поменьше.
Сайрус в порванной зеленой мантии, без тюрбана и вуали, пристально смотрел на Луро.
– Значит, каники объединились с ликантропами?
– Не прикидывайтесь тугодумами, – буркнул Луро, подходя ближе. – Могли бы уже и сами догадаться, раз вы здесь.
Тени в тоннеле зашевелились. Снова одна большая и несколько маленьких. На мгновение одна из мелких теней подобралась почти к самому выходу, и Франческа успела разглядеть…
Она прищурилась, сдвигая брови. Может, померещилось. Нет, вот опять: самая обычная, если не считать исполинских размеров, собака. Той же породы, которую разводят каники у себя в Северовратном.
– Вы и здесь своих собак держите? – поинтересовалась Франческа.
– Не собак, – фыркнул Луро.
Франческа застыла как громом пораженная.
– Это ваши дети!