– Борись, Дейдре.
– И последнее. Скиталец. Я узнала его имя – Джей Амбер. Когда произносишь его вслух или мысленно, воздействие Скитальца на сознание уменьшается. Не знаю, как Тайфон этого добился, но…
Ее скрутила очередная конвульсия.
Никодимус шагнул вперед.
– Дейдре, мы справимся с любой ловушкой, которую приготовят нам демон и полудракон. Мы не оставим попыток тебя освободить.
Дейдре скованно кивнула.
– Я всегда думаю о тебе, Дейдре.
Гримаса боли на ее лице сменилась сперва благодарностью, потом печалью.
– Я не сдамся, Нико.
Еще раз судорожно дернув рукой, она отправилась обратно под люцериновые фонари. Стражник, придерживавший меч, накренил его рукоятью к Дейдре, и воительница, без усилий вытянув двуручник из земли, развернулась к Никодимусу. Лицо окаменело, в движениях появилась твердость и уверенность.
– Переговоры провалились! – возвестила она. – Монстров и чарословов убить на месте, полуголого оставить для допроса, но ни в коем случае не касайтесь его даже пальцем.
Она шагнула вперед, направив меч на Никодимуса. С другого конца проулка донесся дружный воинственный клич – это ринулись в атаку копейщики.
Глава двадцать девятая
Сайрус окинул взглядом мантию. На груди слабо голубела тонюсенькая паутина текста – едва ли хватит даже на манипуляции с самой мантией, что уж говорить о защите.
– Пли! – скомандовал Шеннон.
Сайрус поднял глаза. Франческа, замахнувшись, метнула чем-то в люцериновый фонарь над головой, но иерофантский змей, вспыхнув синим, с шелестом скользнул по шесту, заключая фонарь в кокон. На миг воцарилась относительная темнота. В проулке тотчас прогремел еще один взрыв – Никодимус не терял времени даром, – и Сайруса чуть не сбила с ног ударная волна.
Защитный кокон на фонаре слегка распустился, пропуская разоружающий люцериновый свет. Значит, заклинание Франчески не сработало – ударилось о ткань и развеялось, не коснувшись огня.
– Ладно! – крикнул Шеннон. – Метните вот это, быстрее.
Старик протянул что-то Франческе, она взяла.
Металлический лязг заставил Сайруса оглянуться. Никодимус с тремя кобольдами наступали на Дейдре. На глазах Сайруса воительница сделала выпад, пытаясь поразить огромным мечом ближайшего кобольда. Тот отскочил, его тут же сменил другой и вонзил оба своих топорика в спину противнице. Лезвия лишь чиркнули по кольчуге, однако удар толкнул Дейдре вперед.
Удержавшись на ногах, она замахнулась мечом на атаковавшего ее кобольда – тот подпрыгнул, взметнув фонтан грязных брызг, и перескочил через лезвие.
Первый кобольд тем временем попытался проскользнуть мимо Дейдре к фонарщикам. Воительница мгновенно превратила замах в выпад – кобольд увернулся, но врезался в стену, и меч полоснул его по боку. Кобольд взревел.
Никодимус ринулся на Дейдре. Безоружный, он потянулся голой рукой к ее незащищенной щеке. Дейдре с воплем попятилась, описав полукруг мечом. Никодимус отскочил. По сравнению с кобольдом двигался он катастрофически медленно, но раненый синекожий воин успел обрушить оба топорика на руку Дейдре. Дернувшийся в сторону меч просвистел на каких-нибудь полпальца от Никодимусова бедра.
– Пли! – скомандовал Шеннон.
Франческа, замахнувшись из-за головы, швырнула еще одно заклинание. И снова защитный кокон свился вокруг фонаря, погружая часть проулка в темноту. Барабанные перепонки опять чуть не лопнули от оглушительного взрыва.
На этот раз взрывная волна все-таки сбила Сайруса с ног. Поднимаясь, он увидел Дейдре – всю в грязи, на щеке тонкая струйка крови. Фонарщик за ней повалился на колени, однако фонарь на шесте удержал.
Двое кобольдов снова ринулись на Дейдре – ловко уворачиваясь от взмахов гигантского меча. Никодимус что-то рявкнул, и оба отскочили, а потом один с хриплым гиканьем метнул топорик. Вертясь в воздухе, топорик летел прямо в люцериновый фонарь над головой Дейдре, но стражник дернул шест вбок, спасая от удара. Второй топорик, пущенный другим кобольдом, предугадавшим движение стражника, Сайрус заметил лишь в тот миг, когда фонарь пролился дождем звенящих осколков и сияющей жидкости.
– Быстрее! – крикнула Франческа за спиной. – Нас теснят.
Сайрус обернулся. Франческа металась взглядом между Шенноном и двумя кобольдами, атакующими копейщиков. Дела здесь шли туго. Кобольдам, при всей своей юркости и изворотливости, никак не удавалось добраться ни до копейщиков, ни до прикрываемых ими фонарщиков.