— Звучит оптимистично, — шагнул следом Багратион, а воздух вокруг него начал искажаться от испускаемой телом силы.
— Я уже и так на этом свете задержался, — по-стариковски прокряхтел дед Антип, нагоняя остальных.
— Безумие, — качнул головой Бельский. — Но для меня честь погибнуть в бою бок о бок с такими людьми.
Тем временем крики стихли, и из подлеска хлынула всепоглощающая тьма, которая, ударившись о щиты воинов, не попыталась сломать их. Вместо этого потекла, огибая и погружая в себя, словно полноводная река, добравшаяся до пересохшего русла.
На войско Ильи обрушилась ночь. Послышалисьвстревоженные крики людей, которые не видели друг друга, причём и чувство магии тоже оказалось недоступным. Начала расти безнадёга.
И тут, в этой безнадёжности, раздался гулкий басовитый смех, а затем командирский голос пророкотал:
— Я — Илья Муромец, тот кто бился с Чернобогом и его армией, покажу вам, супостатам, как топтать землю русскую!
После чего полыхнул ослепительный свет. Он развеял тьму над войском.И тогда все увидели то, чего никто не мог ожидать.
Я стоял перед стеной тьмы.
Спрятав своего ездового змея, я расправил плащ и покрыл всё тело чёрной бронёй.
Позади повеяло знакомой аурой, а через секунду рядом повисло в воздухе несколько десятков огнелюдов.
— Мы — народ живого огня, пришли сразиться с мёртвой тьмой Мары, в которой нет ничего кроме холода. За наш народ, за всех тех, кто погиб от ее рук или обратился в рабов, — произнесла Жела.
Я оглядел живых факелов на реактивной тяге. Вот ведь отморозки огненные!
— Вы не обязаны это делать, — не мог не сказать я. — Велика вероятность, что вы все умрёте там.
— Мы готовы, великий Ифрит.
Я кивнул и в это время ощутил внутри тьмы резкий импульс, будто гигантское сердце сделало свой первый удар, оповещая всех о рождении титана.
— Поехали! — бросил я и рванул вперёд, прямо на стену тьмы.
Пелена тьмы поддалась легко, словно это была не плотная энергия, а невесомая дымка. Скорее всего эта штука работала как ловушка для храбрецов, что могли только войти и уже никогда не выйти.
Оказавшись внутри, я стал свидетелем эпичной битвы.
Перед кучкой бойцов возвышался массивный великан. Он здоровенным кулаком со всей мощи бил по солнечному щиту, что возникал каждый раз перед его атакой.
В ответ мои люди осыпали монстра градом атак, к сожалению, не причиняя значительного ущерба. От особо мощных слитных заклинаний гигант отшатывался, но потом вновь принимался долбить световую защиту.
В этот момент мимо меня пронеслись огненные росчерки, и я поспешил следом.
Приблизившись к твари, я смог рассмотреть подробности её тела, от которых меня чуть на лету не вывернуло.
Как же его называли писатели фэнтези? Кажется, голем плоти или что-то в этом роде.
Монстр состоял из сплавленных и, что самое мерзостное, стонущих, видимо ещё не до конца умерщвлённых, человеческих тел. При каждом ударе от руки отваливался человек, а то и полтора. Это что получается, Мара не пожалела своих слуг и превратила их вот в это!
Я, конечно, бывал в морге по долгу службы, и даже присутствовал на месте несчастных случаев, где подтверждал смерти погибших от циркулярных пил, раздавленных, заживо сожжённых током, не говоря уже об автомобильных авариях, где порой и вовсе от человека один фарш оставался, но такой жути не видел никогда. Реально монстр из фильмов ужасов! Вот только для меня теперь это и есть реальность, и я обязан защитить своих людей!
Тем временем до твари долетели огнелюды и стали поливать его огненными атаками, что полыхали зеленым.
Монстр от этого дико заверещал на сотни голосов одновременно и активно замахал своими лапищами.
«Там так много боли и холода. Я ничего не смогу сделать», — вдруг раздался в голове голос Аспида.
Я попытался призвать огненный аспект, но получил в ответ лишь слабый отклик стихии. Видимо недавнее развоплощение моего земно-пламенного Огонька не прошло даром. Ему потребуется время для восстановления.
Если подумать, я уже пережил одно сражение — с козлоногим, где по всей логике вещей не должен был выжить, и вот сейчас снова превозмогать, только уже без козырей в виде мощных артефактов и сильных фамильяров.
И мне бы по-хорошему отступить, дабы восстановить силы и придумать план, вот только погибнут мои люди. Допустить такое я не могу.
Жела сделала несколько кругов вокруг монстра и, на миг остановившись перед тушей, вопящей от нестерпимого Пламени Жизни, выпустила по ней две мощные струи огня.