Амади снова повернулась к Кейлу.
— Крайне маловероятно, что кто-то из делегатов или других волшебников академии точил зуб на Нору. Поэтому нам следует рассматривать Шеннона как главного подозреваемого.
Кейл покачал головой:
— Магистр, вы же сами всегда говорили, что настоящий профессионал не имеет права игнорировать маловероятные варианты. Разве мы не должны допросить других волшебников Звездной академии, а также иностранных делегатов?
— Кейл, я понимаю, ты расстроился, когда я сократила список подозреваемых. Но нам катастрофически не хватает людей, да еще приходится охранять Барабанную башню и Шеннона. — Амади шумно, не скрывая раздражения, выдохнула. — Я до сих пор под впечатлением от его рассказа о существе, чья плоть якобы превращается в глину.
Кейл пожал плечами.
— Похоже, старик совсем из ума выжил.
— А если он просто хочет, чтобы мы так думали? Или Никодимус и впрямь Буревестник, и это он одурманил старого дурака? От этой парочки можно ждать чего угодно.
Кейл посмотрел на начальницу.
— А что с просьбой ректора? Он же потребовал разместить дополнительную охрану вокруг апартаментов делегатов.
Амади потерла веки.
— Милостивые небеса, а ведь верно! Если погибнет кто-нибудь из иностранных гостей, ректор с меня заживо шкуру сдерет. Только где нам найти еще людей?
— Я осмотрел решетки на Барабанной башне. Рассеять их под силу лишь высшему магу. Может, стражники там не нужны?.. — осторожно предложил Кейл.
Они свернули за угол. Амади закусила губу.
— Звучит заманчиво, но нет: пока я не разберусь с историей Шеннона, стражники останутся на посту. На случай, если он говорит правду.
Кейл промолчал. Амади обернулась, окинув взглядом двор.
— Наверное, Звездная крепость — самое странное архитектурное сооружение из тех, где живут люди…
— Это почему же?
Она обвела рукой двор, а затем указала на поросль деревьев в центре.
— Взгляни на это хитросплетение арок, эти облицованные яркой плиткой фонтаны. Превосходный образец остроземского стиля: в наше время подобное великолепие встретишь разве что в самом Даре. И вдруг прямо среди минаретов — осины. Осины! Где широкие опахала пальм, покачиваемые морским ветерком? Вместо них дрожит, замерзая в разреженном горном воздухе, золотая листва осин.
Кейл улыбнулся.
— Даже интересно, как Остроземскому царству удалось колонизировать эти места. Наверное, жалкое было зрелище, когда шел снег.
Амади кивнула:
— Три королевства пытались переделать этот кусок хтонической скалы на свой манер. Ни одно не преуспело, и теперь на руинах резвятся волшебники.
Кейл сдержал смешок. Но прежде чем он успел объяснить, что именно его позабавило, двор наполнился топотом бегущих ног.
Амади обернулась: увидев ее, бегун, юный паж, прислуживающий при Звездной академии, резко затормозил и едва не поскользнулся.
— Магистр Океке, вам велено срочно явиться в Техническую библиотеку!
Амади нахмурилась.
— Кем велено?
Парнишка мотнул головой.
— Имени я не знаю. Она архимаг, носит белый символ и по три полоски на рукавах.
Амади выругалась. Подобные знаки отличия были только у помощников ректора.
— Срочно веди нас туда!
Мальчик развернулся и побежал. Амади подобрала полы мантии и поспешила следом.
Они отправились за пажом длинной чередой перетекающих друг в друга коридоров к широкому арочному проему, в который прошла бы упряжка из семи бок о бок поставленных лошадей.
Арка вела в необъятный зал библиотеки. Когда-то давно инженеры академии раскинули по залу, от стены до стены, целую сеть мостов из известняка. Вдоль арки каждого моста тянулись ряды деревянных шкафов, украшенных в затейливом остроземском стиле и приспособленных под книги. Внизу, под мостами, в лабиринте традиционных книжных полок струились извилистые течения проходов.
Воздух звенел голосами библиотекарей. Стайки одетых в черное магов носились по мостам и среди книжных полок. Внезапно с одного из мостов сорвалась золотая струя нуминуса и со всех сторон послышались крики.
— Мать-океанида! — с губ Кейла сорвалось иксонское выраженьице. — Что происходит?
Соседняя полка заискрилась, выплюнув переплавленный шар серебристого магнуса. Амади едва успела отвернуться и прикрыть лицо — за миг до столкновения с ударной волной из обрывков фраз и манускриптов, несущейся прямо на них.
Стражница обернулась: от полки не осталось ничего, кроме кучки строительного мусора.
— Лос в крови и пламени! — в сердцах бросила она. Среди обломков извивались четыре бледных конструкта, напоминающие гигантских червей или личинок: каждый около фута длиной, с огромными глазами и поделенным на сегменты телом. Чуть ниже головы-луковки от тела отходили три пары лапок с пятипалыми ладошками, как у человеческих детей. Сквозь жесткие полупрозрачные сегменты разбухшего брюшка просвечивали крупинки полупереваренного текста — весьма неприятное зрелище.