Она поймала хмельной прищур Нормана, в ответ он послал ей игривую улыбку. Для него жизнь была одной занятной шуткой. Урсула завидовала его умению таиться за громким смехом и с легкостью мириться с ударами судьбы. Его маска шута не раз спасала от гнева отца, порой он прятал за ней и сестру. Норман встал, шатаясь, подошёл к Урсуле.
- Почему красивая мадмуазель не танцует?
Урсула с насмешкой подняла бровь, обведя раскрасневшиеся лица пьяных мужчин.
- Не нашлось достойного месье, - и подумав, добавила. – Или хотя бы твердо стоявшего на ногах.
- Как жаль, твоя красота чахнет прямо на моих глазаю.- Рассмеялся он, поймав руку сестры в полете, привыкший к её толчкам после неудачных шуток. Урсула не могла долго на него злиться. Норман был старше её на год, но по ощущениям был для неё младшим братом. Они были удивительно похожи с непослушными кудрявыми волосами и большими глазами, являли пару разлученных близнецов.
Норман хотел что-то еще сказать сестре, но отец нетерпеливо призвал рукой сына за семейный стол.
Беллард трижды ударил об стол кувшином, и зал стих в ожидании.
- Я хочу предаться воспоминаниям, хочу напомнить вам как долгие пятнадцать лет мы собирались всей Наррой, чтобы дать отпор узурпаторам. Я помню, как многие из вас отказывались верить в силу ледяной Чаровницы и лишь замерзшие тела ваших солдат заставили принять истину, - Беллард довольно рассмеялся, словно вспомнил ужас, отразившийся на лицах графов, когда пятилетняя девочка убивала одним касанием. С тех пор, чтобы даровать смерть, Урсуле не нужно было дотрагиваться, хватало одного желания. Армия помнила об этом и поэтому рассмеялась в след за герцогом по долгу нижестоящих. Получив желаемое, Беллард проревел. – Я многое обещал вам тогда и сдержал слово. Скажите, дал ли я вам золота?
- Да!- закричали с разных сторон скамей.
- Достаточно ли крови вкусили ваши клинки? Щедро ли я одарил вас землями? Достаточно ли женщин вам для счастья?
- Да!
- Белый Медведь наш правитель!
- Медведь… Медведь!- гости пира хором оглушили Урсулу, принявшись выбивать ритм кулаками.
Беллард выждал пока ликование пройдет и продолжил, попытавшись заглянуть каждому в глаза.
- Вы ошибаетесь, я дал вам лишь малую часть того, что вы заслуживаете. Кому сдались бесплодные земли севера, когда за горным перевалом нас ожидает южное богатство Фарнаи. Их плодородные почвы ждут, когда мы соберем урожай, их невинные дочери хотят, чтобы мы великодушно подарили им сыновей, а их вдовы жаждут утешения в наших руках. Разве это не справедливо? Забрать то, что украли у нас черные Львы, они предали нас, изгнали с трона на север, изничтожили сам род. Но мы восстали и стали ещё сильнее прежнего. Я предлагаю вам не герцогство, а целое королевство!
Ликование в зале стихло. Урсула глубоко вдохнула, не веря словам отца. Отказывалась принимать их за истину. Детство Урсулы сопровождалось многочисленными битвами. И если честно ей надоела война. Отец посадил ей идею о возвращении величия рода и годами взращивал в ней долг. Она считала, что все её страдания закончатся в замке Снега, когда их армия триумфально вернется домой. И тогда Урсула наверстает, жадно испробует жизнь, без спроса вернет отобранное счастье. Но слова отца подействовали отрезвляюще, семья Барбье это не про мир, они дышали в унисон с войной.
Урсула давно поняла отца, она восхищалась его умением идти только вперед. И пока другие растерянно оглядывались, пытаясь оценить, насколько серьезно говорил герцог, его дочь уже осознала, что столица будет их.
- Южные армии намного больше наших, если мы не присягнем им на верность, они отправят менее половины своих людей, и мы будем разбиты, - взял слово Карлог из Рорикса. Его замок граничил с южным герцогством Кливи и его опасения были понятны.
- Такая наивность, Карлог. Де Лионы придут за нашими головами в любом случае. Или ты думаешь они стерпят то, что мы сотворили с Орлами? Мы вернули свое по праву, но для них это оскорбление и мятеж! – отец смеялся над глупостью графа.