– Понял, – Таави надел медальон, убирая под футболку. – Позвольте спросить… Что сделают с Чаровницей и Рансу, когда поймают?
– Казнят. Здесь думать нечего. Единственное, что интересует ученых, каким образом они могут менять внешность. Есть заклинания, позволяющие сменить ее на определенное время, но это занимает много времени и сил. А они делают это по щелчку пальцев, – Дэйдалос поставил бокал на стол. – Будь осторожен, – непонятно, к чему это предостережение, но, судя по пристальному взгляду янтарных глаз, юноша знал нечто большее.
– Вот как… Думаю, это заклинание самостоятельно разработанное, – Таави не выдержал пристального зрительного контакта, отводя взгляд.
– Как бы то ни было, они оба представляют большую угрозу, которую необходимо ликвидировать, – Советница отвела руку в сторону, открывая портал. – Возвращайся домой, собери вещи, я приду за тобой через полчаса и доставлю в Академию. Мисс Джая встретит тебя.
– Хорошо. Спасибо, – Таави подумать не мог, что ему когда-нибудь удастся попасть в Академию. Что уж таить, стать великолепными магами все дети мечтали, и он не исключение. Его силы всегда оставляли желать лучшего: сильным волшебником ему не быть, но раз выпала такая возможность, грех ей не воспользоваться. Хотя бы чему-то научат, даже простенькие заклинания в быту очень полезны.
Юноша немного помялся и ушел в портал, оказываясь около дома. Мысль о шпионаже его совсем не радовала. Он очень благодарен ребятам за все, что они сделали для него. Лишафай хлопнул себя ладошами по щекам, закрывая глаза, замирая в таком положении. Надо собраться с мыслями. Сейчас не время распускать нюни, сам Граф Вечности принял его в собственном доме ради этой миссии. Тем более, он тоже переживает за ребят, поэтому предстоящие действия пойдут во благо.
***
Пока парень собирался с мыслями, Теневая Советница своевольно расхаживала по гостиной, медленно проводя пальцами по камину, словно проверяя наличие пыли. Ее не меньше Триединого Совета волновало происходящее, а именно – любопытные детишки. Будь это кто угодно, она бы не такой сильно переживала, но Яр…
Это не тот человек, чьи действия стоит недооценивать. Уж слишком много их семья дел натворила за столько столетий. Удивительное сходство из поколения в поколение: с юности ветреные, упрямые, свободолюбивые, наглые, а в зрелости дальновидные, спокойные, рассудительные. Учатся на собственных ошибках, приобретают мудрость нелегким путем.
Женщина сжала руку в кулак, останавливаясь, разворачиваясь к Графу, все это время молча наблюдающего за ней.
– Что тебя так сильно беспокоит? – поинтересовался мужчина, опускаясь на диван близ Дэйдалоса. – Присядь, выпей чаю. Тебе нельзя нервничать, не забывай. Держи эмоции в узде.
– Ситуация выходит из-под контроля. Чем дольше мы не можем справиться с Чаровницей, тем сильнее теряем доверие народа. Люди в ужасе. Думаю, нам не хватает свежих взглядов на ситуацию. Таави выдвинул довольно логичные предположения. Просто сидеть и ждать, пока Злата очнется… А если она ничего не знает? Мы в любом случае в тупике. Чаровница просто возникает из неоткуда и пропадает в никуда.
– Я понимаю твое беспокойство, но, если бы мы могли сделать что-то, давно бы сделали, – Дэйдалос положил ладонь на мягкую шерстку своего белого кота, усевшегося на колени хозяина. – Ты только дестабилизируешь себя излишним волнением.
– Как бы мне не хотелось с ним соглашаться, но он прав, – ответил Дамиан. – Я собрал пятерку лучших. Они посмотрят на все свежим взглядом, как ты и сказала. Не нужно нервничать, прошу тебя. Мне хватило предыдущей ситуации, когда ты потеряла контроль. Не забывай о рисках.
– Я помню, – Советница выдохнула, немного расслабляясь. – Но я не могу не переживать. Общественное мнение важно. Если мы не можем поймать Чаровницу, то должны обеспечить безопасность граждан. Необходимо найти крысу в управлении, иначе из любых общественных мест по желанию одного человека можно убрать или отключить все камеры. Храм Эеноками считался святыней, непоколебимой, нетронутой злом. А что в итоге? Какой-то сопляк-недоучка сломал барьер голыми руками, это смешно. Жрица все границы перешла своим легкомыслием.
– Прошу прощения, но, если Вам так хочется обсуждать меня за спиной, для начала закрывайте дверь, а после не кричите на весь коридор, – Джоелл неспешно вошла в гостиную. Она прибыла обсудить некоторые детали с Графом, но никак не ожидала встретить тут Советницу, и, тем более, Оракула.
Женщина притихла, поклонившись ей в религиозных традициях современного общества. Та одобрительно посмотрела на нее сверху вниз.
– Прошу меня простить, Верховная Жрица. Я хотела сказать, что ослаблять барьер было недальновидно.
– Я слышала то, что ты хотела сказать, и прекрасно понимаю, как просчиталась. Я давно не ошибалась настолько масштабно. Нет смысла скрывать собственный проступок. Господи Грей, – Джоелл сделала книксен. – раз Вы заняты, я зайду в другой раз.
– Вовсе нет. Советница уже уходит, – он взглянул на женщину. – Прошу, Достопочтенная Жрица, присаживайтесь. Что Вы хотели? Можете говорить при Дэйдалосе, сегодня он принимает участие в общих обсуждениях.
– Неужто Вы наконец-то сочли меня достойным? – поинтересовался юноша.
– Будешь язвить – выгоню, – строго произнес Дамиан, вызывая легкий смешок у Оракула.
– Хотела обсудить сегодняшний вечер, касательно тех трех ребят, – Джоелл не стала делать акцент на Дэйдалосе.
Советница сделала книксен, открывая портал. Возмутило ли ее столь внезапный и наглый визит Жрицы? Несомненно.
Джоелл соблюдала все манеры, всегда оставалась на хорошем счету абсолютно у всех, даже когда совершала ошибки. Она умела признавать их, извиняться, никогда не оправдывалась и держала голову высоко поднятой, не роняя собственного достоинства, какими бы ситуации ни были. Ее стойкость, благородство, доброта создали образ некого идола. Советница уважала ее, чтила, как многие другие люди. К тому же, они давно знали друг друга, и поэтому женщина не относилась к ней с неким страхом, как это делали другие нижестоящие персоны. Сейчас ее дочь замешана в расследовании, поэтому надежда на распутывание клубка все же есть.
Советница прошла сквозь черную завесу, оказываясь подле дома семейства Чжоу. Таави еще собирал вещи. Она спокойно ждала, стоя у ворот. Тугой корсет помогал ей всегда держать спину ровно, и она не теряла своей прямой осанки.
Женщина сложила руки на груди, задумываясь обо всем происходящем. Дети порой слишком любопытны, но видят то, что не под силу взрослым. Их фантазия, стремления, иное мышление дорисовывают картины настоящего, дополняют их, придумывают невозможные вариации, имеющие место быть в реальности. Возможно… отстранять их от дела – самая большая ошибка, какую допустил Граф за все свои годы работы?
Глава 10
Брать чужие вещи очень стыдно, ведь заплатить за них нет возможности. Чувство сидения на чужой шее не покидало. Хоть Розабэль убеждала его в обратном, все равно слишком неловко. Таави смущался, отпирался, но денег на пропитание взять все равно пришлось.
Советница без лишних слов переместилась с ним к барьеру. Никакое заклинание не могло обойти его, уж мисс Джая позаботилась о защите. Даже карточки-пропуски первокурсников больше не активировались в чужих руках. Любое проникновение на территорию исключено. Внутрь она впустила только юношу.
– Благодарю за сопровождение Таави, – мисс Джая поклонилась Советнице, и та сделала поклон в ответ.
– Такова моя работа.
– Доброй ночи, – женщина положила ладонь на плечо Таави, немного потормошив парня. – Пойдем.
– До свидания, – он попрощался с Советницей, следуя за директрисой. – Извините, что так поздно…