Снова вздохнув, она чуть пошевелила рукой. В этом движении угадывался едва заметный намек на ласку.
Оцепенев от неожиданности, Зик замер, затаив дыхание. Тщетно. Он чувствовал, как кровь бурлит у него в жилах, в его сильном, пробудившемся от сна теле, распаляя воображение.
А что, ангелочек, если мы с тобой остановим джип, поудобнее устроимся поперек сиденья, а потом ты позволишь мне плавно войти в тебя — так же, как страстное джазовое соло плавно вступает в такт мелодии оркестра?
На секунду он подумал, не сказал ли всего этого вслух, и почувствовал, что властный голос плоти, сгоравшей от страсти, начал заглушать в нем доводы разума. Не торопясь, осторожно он приподнял голову Челси с колен и потянулся к ручке дверцы, бормоча что-то насчет спустившего колеса.
Дождь лил, не переставая, по шоссе с шумом неслись потоки воды. Джип стоял, накренившись со стороны пассажирского сиденья. Обойдя его, Зик равнодушно отметил, что правое переднее колесо действительно спустило. Он походил еще немного, потом, взявшись за ручку, опустил заднее стекло джипа и пошарил рукой внутри, ища свою куртку.
— Все в порядке? — спросила Челси.
— Будет через минуту. — Домкрат лежал за втулкой колеса, а рядом стоял ящик с инструментами. Взяв и то и другое, Зик снова поднял стекло. Когда, держа под мышкой длинный фонарь, он прилаживал домкрат на усыпанной гравием обочине, дверца автомобиля открылась и Челси вышла прямо под дождь.
Он перестал возиться с домкратом и, глядя на нее, нахмурился.
— Колесо спустило?
— Да. Ничего. Через несколько минут поставлю новое. Садитесь обратно.
Снова повернувшись к колесу он дернул за ручку домкрата раз, другой.
Челе и не тронулась с места, продолжая стоять под проливным дождем. Волосы ее прилипли ко лбу на плечи с них стекала вода.
— Я помогу.
Голос немного дрожал словно ее саму еще била дрожь.
— Послушайте, еще немного и вы совсем промокнете. Мне не нужна.
Шагнув к нему, она вцепилась в фонарь, который он держал под мышкой, и выдернула его Он выпустил фонарь, пристально глядя на нее.
— Я могу посветить.
В падающем полукругом свете фонаря лицо казалось особенно бледным. Спутанные мокрые волосы, свисавшие на лоб, придавали ей сходство с призраком, слишком легким и хрупким, чтобы стоять сейчас под проливным дождем, низвергавшимся на шоссе и стекавшим в придорожную канаву грязным, мутным потоком. Но выражение глаз, горевших отвагой и вызовом, вряд ли у кого-нибудь вызвали бы ассоциацию с хрупким созданием.
Он воспринял предложение Челси помочь ему в штыки, тем более что она дрожала как осиновый лист в своей хлопчатобумажцой кофте и несуразном дождевике, но нутром чувствовал, что ей лучше не возражать. Хотя внутренняя потребность защиты усилилась в ней с привидевшимся ей кошмарным сном и ненадолго охватившей ее затем паникой.
Стиснув зубы, он подавил в себе острее желание приказать ей вернуться в джип, где ей самое место, подальше от дождя и от него самого, а то всякий раз когда он принимался думать о терзавших ее непонятных страхах и о том, как она с ними справляется, у него начинало сосать под ложечкой.
Снова повернувшись к домкрату, он стал остервенело жать на ручку, твердя про себя, что, если Челси Коннорс по ведомой ей одной причине хочется промокнуть и замерзнуть, стоя с фонарем в руке, то это не его дело. Когда одна часть джипа поднялась над землей, он выдернул ручку из гнезда домкрата и с силой поддел ее расплющенным концом край колпака. Инструмент, который был для этого слишком велик, выскользнул из паза и со звоном ударился об обод колпака.
— Так вам колпак не снять, — сказала Челси, стоявшая сзади. Луч фонаря на секунду метнулся в сторону, когда она, нагнувшись над ящиком с инструментами, вынула оттуда отвертку. — Вот попробуйте.
Зик молча взял из ее холодной руки отвертку. Луч фонаря чуть дрогнул, когда он, поддев отверткой, снял колпак. Интересно, мелькнуло у него в голове, чем кончится это испытание на мужество, которое она устроила себе, — не переохлаждением ли? Взяв гаечный ключ, он принялся за первую гайку. Когда он присел перед колесом, вывинчивая гайку она выскользнула из его мокрых рук прямо в грязь.
Челси посветила фонарем вниз, на землю, потом наклонилась, подняла гайку и бросила ее в колпак, лежавший чашей кверху. Прежде чем она выпрямилась, он услышал, как стучат у нее зубы.