Тесс и Кроу были так увлечены этой речью, что не заметили, как Эски прокралась к прикроватному столику и схватила кость с тарелки Кроу. В глазах собаки светилось торжество, но оно было недолгим: она начала задыхаться — кость застряла у нее в горле.
Тесс металась по комнате, не зная, что делать, Кроу же хладнокровно засунул руку в собачью пасть и вытащил кость. Эски посмотрела на нее так, словно видела впервые, и снова попыталась ее схватить.
— Ты просто академик Павлов, — хмыкнула Тесс, но ее сердце все еще быстро билось от волнения. — Эта глупая собака не способна запомнить даже самых простых вещей. Она до сих пор хочет слопать эту кость, несмотря на то что минуту назад благодаря ей чуть не задохнулась.
— Ну, не знаю, — протянул Кроу. — У каждого из нас есть что-то, чего мы страстно желаем, хотя и знаем, что это не принесет нам пользы. Разве в твоей жизни таких костей не было?
Вопрос был риторический, но Тесс внезапно вспомнила Джека Стерлинга, его ярко-голубые глаза, странное ощущение, возникшее у нее, когда они обменялись рукопожатием, словно между ними пробежал электрический разряд. Вспыхнув, она уткнулась лицом в шерсть Эски, гладя собаку до тех пор, пока с ее лица не исчезли все признаки волнения.
Глава 8
— У меня уйма дел, которые требуют моего присутствия прямо сейчас, и у меня совершенно нет времени, чтобы еще работать персональным экскурсоводом.
В пятницу утром помощник менеджера Марвин Хейли вел Тесс через отдел новостей. Пытаясь не отстать от Хейли, Тесс старалась не запутаться в этом лабиринте столов, разделенных перегородками и шкафами. Она с любопытством рассматривала старые компьютеры, напичканные всевозможными деталями в попытке продлить их жизнь. На столах громоздились картонные коробки для папок, а старые газеты образовывали целые неустойчивые башни из пожелтевшей бумаги. Похоже, процедура сдачи макулатуры была незнакома сотрудникам «Бикон-Лайт».
— Создается впечатление, что вам не хватает места, — заметила Тесс, чтобы поддержать разговор с неулыбчивым спутником.
— Так и есть, — осторожно произнес он, оглядываясь через плечо.
— Я знаю, что часть выпусков печатается в одном из пригородов, так, может, и все издательство переместится туда?
— Нам необходимо увеличивать тиражи, и то место очень удобно с точки зрения доставки в город, но все остальные отделы останутся в Балтиморе до тех пор, пока мэтр… то есть мистер Пфайфер, не сможет выручить за нынешнее здание достойную сумму.
— Другими словами, навсегда, — подытожила Тесс.
Хейли пробурчал что-то неопределенное.
Часы на стене показывали девять утра, и это был редкий период временного затишья в круглосуточной жизни редакции. Через час дежурившие ночью редакторы начнут готовить вечерний выпуск, отличающийся от утреннего только расположением статей и свежей информацией об очередном ночном нападении на магазин или поножовщине. Большинство столов были пусты. За одним из них сидела темноволосая женщина. Положив ноги на стол, она читала утренний выпуск, одновременно слушая приемник, настроенный на полицейскую волну. Неподалеку буквально разрывался городской телефон, но никто не собирался снимать трубку.
— И это то место, где волшебство становится реальностью, — хмыкнула Тесс.
Марвин Хейли ринулся к телефону, но по дороге сбил стаканчик с давно остывшим кофе, стоявшим на одном из столов. Тесс наблюдала, как он, ругаясь сквозь зубы, пытается оттереть коричневые пятна лежавшей на столе газетой, но тем самым еще больше размазал густую жидкость по столешнице.
— Вот черт, — вздохнул Хейли. Газета полностью впитала кофе, но оставила на его руках черные разводы типографской краски. Он со злостью швырнул газету в ближайшую мусорную корзину, вытер руки о свои мешковатые штаны и уселся за компьютер.
— Мы сделали так, что вы можете пользоваться нашей внутренней сетью. Для этого при входе в систему вы должны набрать «МОНАГАН», вот так. — Даже когда он набирал текст на клавиатуре, его пальцы прыгали, словно Хейли боялся, что кто-то у него за спиной наблюдает за тем, что он делает, и вот-вот найдет ошибку. Весь его облик производил впечатление забитости. На плечах и вороте пиджака лежала перхоть, он постоянно нервно облизывал тонкие бледные губы.
— Сейчас компьютер выдаст сообщение о том, что вы должны ввести пароль. Минимум — четыре символа. Я могу ввести его за вас, но если вы хотите сохранить пароль в тайне…
— Не беспокойтесь, я сама введу пароль. — Тесс придвинула к себе клавиатуру и напечатала первое пришедшее ей в голову слово из четырех букв: «Эски», высветившееся на экране компьютера рядом звездочек. Кто знает, какую информацию она обнаружит. — Что дальше? — повернулась она к Хейли.