Зита-Тамара с интересом рассматривала рабочую обстановку. Принюхивалась, вздыхала, качала головой, водила руками по рабочим шкафам и снова вздыхала.
Инна стала беспокоиться. Зита явно учуяла нечто недоброе, враждебное.
— Как у вас тут запущено, — наконец поставила диагноз Зита, — столько негативной энергии скопилось, у-у-у, надо чистить. Рабочее помещение необходимо чистить как квартиру — регулярно. — Зита задергала руками, сбрасывая невидимую, но пакостную субстанцию.
Чтобы не съехать с катушек и не поддакивать Зите с глупейшей улыбкой висельника, Инна решила выстроить защиту.
— Да уж, ходят маньяки и убийцы, в грехах признаются. А какая у них энергия? Сами понимаете — черная. Вот и накапливается.
— Забросила вас Раиса Ивановна, забросила, — качала головой Зита, — я со своими клиентами так не поступаю. Пришел ко мне человек со своей бедой, доверился мне, так я всю жизнь о нем забочусь, присматриваю.
— Ближе к делу, — подсказала Инна. Она поняла, что неудачная шутка только усугубила проблему.
— Куда уж ближе! — Зита возмутилась. — Разве можно спокойно разговаривать с человеком, который стоит над пропастью и не видит опасности.
— Это вы обо мне?
— О вас, о вас! — Зита поводила руками вокруг Инны.
— Зита, или вы излагаете мне цель визита, или немедленно уходите. — Инна отмахнулась от назойливых рук.
Зита обиделась и сидела надувшись как сыч.
Обстановку разрядила Светочка. Она забежала в кабинет и с порога затараторила:
— Вам письмецо пришло, Инна Владимировна, а Сократик такой лапочка. Пришел к Виктору Петровичу Курлаков из налоговой, вы же знаете, как я ненавижу этого типа! Жирный, бородатый, на носу бородавка, брр! Редактора нет, и неизвестно, когда приедет, а этот сидит и сидит, уже весь чай выпил, лимон съел, конфеты переполовинил и все «ля-ля, ля-ля!». Будто у меня дел никаких нет, кроме как его болтовню слушать. Уже не знала, как его выставить. И тут Сократик, лапочка, как почувствовал: тихохонько из своего ящика выполз, — я ему ящичек из буфета принесла. Девчонки как узнали, кто у меня будет жить, самый лучший, из-под вина импортного освободили, так что Сократику там уютно… — Она вдруг остановилась с открытым ртом, увидев выражение лица Инны.
— Ты говорила о письме, — напомнила Пономаренко.
— Да, правильно, — схватила Светочка на лету мысль. — Этот Курлаков мне надоел, как горькая редька, а Сократик подкрался к нему и как зашипит… Вы бы видели, как вонючка Курлаков подскочил, затрясся и пулей из приемной! Даже «до свидания» не сказал! Сократик, лапочка, сделал дело и полез обратно в домик. Умничка мой, теперь Курлаков десять раз подумает, прежде чем заявиться снова. Я ужика никому не отдам!
— Светочка, ты что-то насчет письма говорила. — Инна поморщилась. Что за день сегодня: все сваливаются на голову и всех тянет поделиться ерундовиной.
— Ну да, письмо странное, без обратного адреса.
Светочка положила на стол голубой конверт и приготовилась снова защебетать, какой Сократик умничка.
Но ее никто не слушал. Инна от одного взгляда на конверт мгновенно побледнела. Зита тоже всполошилась не на шутку.
— Воды, воды! — закричала она. — Принесите воды! Ой, как плохо!
— Вам плохо? — спросила растерянно Светочка.
— Да не мне! — Зита разозлилась. — Инне Владимировне воды принеси. Видишь, с лица сникла женщина.
— Не надо воды, — отмахнулась Инна.
— Я, пожалуй, пойду, — ретировалась Светочка. — Может, позвать Василису Илларионовну?
— Иди, Светочка, иди, — простонала Пономаренко.
Конверт, голубой конверт! Точно такой демонстрировала Марина, такой, по слухам, получила Верунчик. Конверт с кошмарным посланием от Эдгара По. Инна с первого взгляда поняла, что они близнецы-братья, что и ее не миновала чаша сия.
Зита, сгорая от нетерпения, выкрикнула:
— Такой же конвертик получила Вера Степановна и чудом осталась жива!
Что и говорить, Зита-всевидящая нашла самые подходящие слова для ободрения испуганной Пономаренко.
Инна, придя в себя, наконец взяла в руки конверт. Зита затаила дыхание.
— Зита, вы же всевидящая, что меня ждет?
— Да не тяните вы, открывайте поскорее, вместе и узнаем. — Зита отбросила всякое «потустороннее» кривляние. Перед Инной сидела обыкновенная любопытная женщина, без всяких оккультных закидонов.
В кабинет ворвалась Василиса Илларионовна. Она недобро покосилась на Зиту, очевидно, Светочка доложила, что Пономаренко стало плохо и всему виной посетительница кавказской национальности.