- Если учесть, что это мясо было рыбой! - рассмеялась хозяйка дома.
- Да? Прости, я пойду, пожалуй...
И уже у двери вдруг повернулся к Марселю, его провожавшему:
- Ну, скажи, ты пятнадцать лет в браке, чего им всем нужно? Я, как мальчишка, бегаю за ней, высунув язык, а ей все равно…
- Э, друг! Ты это про соседку свою, что ли? Вот это номер! Ты попал, брат. Пойдем в гараж, коньяку дернем по тридцать, покурим, как раз машины поменяем.
Марсель изумленно покачал головой. Сказать, что удивился, значит, ничего не сказать, глаза на лоб полезли от такой новости. Теперь стали понятны странности телефонных разговоров между подругами, язвительные реплики Наташи в сторону Иры про первый приз района. Не глухой же, в самом деле, хоть и жена думает, что у него избирательный слух.
С комфортом расположились в креслах, в святая святых всех мужчин, в гараже, помолчали немного, наслаждаясь благородным напитком, грея бокалы в ладонях. Решад не выдержал:
- Я все понимаю, у нее уже с Кащеем песня, она все время с ним где-то пропадает, последнее время его мерин прилип к соседскому забору. Ночевать остался в субботу у нее. И довольные такие, - лимон хочется нарезать и подать. Но, мне кажется, что это не то, не искрит между ними… нет, наверное, кажется.
- Ты знаешь Кащея, этот лис ничего так просто не делает. Но да, слыхал от Азали, что, то тут, то там Костян с Ириной. Еще удивился, - согласился друг.
- Я сперва повел себя, как последний идиот, тормознул на старте, теперь Костян - явный фаворит. Попросил меня отойти, будто она мне подойти шанс давала, угу. Хотя… Давала, и не один. Я просрал все, - покаялся тихо другу Решад. Только с ним можно было вот так, честно, неприглядную правду о себе. - Да и в Казани у нее таких, как я - хоть гербарий суши…
- Ну, ты попал, брат. У тебя ж и без нее - богатый выбор, только подмигни.
- Мигать надоело, фары сломались, - вздохнул Решад, смакуя коньяк. - Марс, по чесноку, как у вас получилось сразу? Вы же после техникума вместе. Я еще прифигел, когда приглашение на свадьбу получил. Жалею до сих пор, не получилось приехать.
- Раньше еще, брат. Помнишь же, в восьмом классе нам пополнение привалило, когда в Сабане старую школу закрыли. Все девчонки в коричневых платьях по уставу, еще в жутких колготках ходили, а моя зашла в класс, как жар-птица влетела, - Марсель тепло улыбнулся, гордясь своей женой. - Кудри черные, синее платье, укороченное по самое... Фартучек такой, воздушный, и на высоченных каблуках! Рост свой компенсировала, хотя мне всегда нравилось, что она такая маленькая.
- Помню, она к тебе за парту передо мной уселась, я тогда тоже очешуел. Парт пустых было полно. Такую бурную деятельность развила на нашей камчатке. С сочинениями помогала. Благодаря Азальке я на абитуре русский язык легко сдал.
- Да у меня до сих пор, как Наилю Ильдусовну вижу на улице, голова в плечи уходит, все думаю, что начнет отчитывать: «Гарипов, Яруллин, а вам пять! И делим на двоих!» Тебе доставалось, кстати, не по делу.
- Ну, мать все считала, что с меня особый спрос. Недавно смеялись, помнишь, мы на субботнике в листву петарды подложили? До сих пор мне вспоминает. А уж окна разбитые. Каждое помнит. Пятьдесят семь стекол у нас с тобой счет, - вспомнил он подкол рыжей язвы. - Видел, недавно, кстати, Мишку Ардашева, дрища с первой парты, с Дальних Полянок. Ни разу не дрищ стал, пузо отрастил, бороду.
- Так он на лесопилке работает, часто вижу его. Трое детей, хозяйство в пару гектаров, жена у него, знаешь, кто?
- Нет.
- Ты должен помнить, за тобой бегала, светленькая такая, с Кащеем училась в классе, как ее… Диана! Помнишь, Диана Кривокорытова!
- Ахренеть! Помню, - Решад внезапно заржал непристойно, вспоминая казус. - Я ж пытался с ней встречаться, я честно пытался! Но как фамилия ее на ум придет, так я смеюсь, и поцеловать ее не могу! Стыдно сейчас, комплексов, может, девке подвесил…
- Нет, ну родители тоже хороши. Была б какая Маша, не так бы было смешно. А то - Диана!
- А Мишка же за Азалей хвостом увивался, или я уже путаю? - возвращаясь к разговору, спросил друг.
Марсель помолчал немного, улыбаясь своим мыслям, закурил:
- Еще как. Все морду мне обещал бить, если дотянется. А я тогда выглядел ужасно, да? Высокий, сутулый, очки нелепые, а она… Пацаны за ней бегали, не только Мишка, а она, гордячка, только смеялась. Муки адские. Я, как тень, за ней ходил. На выпускном же мы с тобой нарезались винища коробчатого, мерзотного?
- Не напоминай! Я всю сирень по периметру школы тогда удобрил этой «Изабеллой».
- Я как раз к Азале, пьянущий, подошел, пока ты сгибался в кустах, и заявил, что она станет моей женой.
- А она?
- Рассмеялась. И поцеловала. Сама... Я недели две, как пьяный был, все губы трогал - не приснилось ли. Потом уехали оба в Казань, в техникумы поступили. Как проклятый, после лекций ездил через весь город ее встречать, ревновал. Крови она из меня выпила - море. Однажды, уже на втором курсе, задержался, болел, много пропустил. Выхожу из техникума, дождь, темень, и Азалька навстречу бежит с зонтиком моим. На следующий день заявление подали.
Решад потрясенно слушал друга. Через столько лет смотреть друг на друга с обожанием - тяжелый труд. Ни разу не слышал, чтобы друзья были в ссоре, всегда вместе, про эту пару даже Фирюзе не удалось обмести языком.
- С детьми долго не срасталось, Азаля расстраивалась очень, зато сейчас - забот полон рот, вон, уже младшенький «зениться» собрался, - с доброй усмешкой передразнил он слова сына. - Конкурент тебе растет!
- Не, ну конфеты! Весомый повод! - следом рассмеялся друг. - Подожди, Ренату же нельзя шоколад.
- Нельзя. Так Ирка цукаты насушила из кабачков молодых как-то в ягодном сиропе. Сказала, что конфеты из города, Ренатик и рад. Много слопал, и никакой аллергии!
- М-да, никогда б не подумал…
- Решад, я что хотел сказать, - друг стал серьезным, поднимая больную тему. - По ходу пьесы, Санька опять руки распускать начал. Бьет, падла, так, чтобы видно не было. Вчера у Наты заметил синяки над локтем, когда она с верхней полки сок доставала. Сегодня его на остановке видел в Сабан, как приедет от Гульнары, поговорить с ним надо.
- Я с ним поговорю. С-сука… Сколько раз по-хорошему просили, ни черта не доходит. Давно бы за ноги над муравейником подвесили с Лехой, но Ната каждый раз уговаривает не трогать это… тело. Не понимаю женщин.
- Одна надежда, что Леха, наконец, хоть что-то решит, а то тоже - ни туда, ни сюда.
- Мужчины, у вас от никотина яйца не позеленели? - Азаля заглянула в гараж, многозначительно посмотрела на благоверного.
- Все, ребята, уехал, хорошего вечера! - с явным сожалением Решад поднялся с кресла.
- И тебе. А мы сейчас будем проверять, какого цвета мои ...
- Ах, ты! - шутливо замахнулась на мужа жена. - Решад, пока-пока!
Выезжая на дорогу, еще не приноровившись к чужой машине, Решад удачно пропустил пролетевший мимо черный мерседес. Мерс Кащея. Медленно проезжая мимо ворот соседнего дома, до боли сжал кулаки на руле, наблюдая идиллическую картинку встречи, явно не дружеской. С переднего сиденья Кащей вытащил очередной огромный букет, вручил Ире, поцеловал ее, и парочка направилась в дом.
(27 июня, среда, +28)
- Ирочка, привет! Какие планы на воскресенье?
- Привет, Костя, намереваюсь клеить обои во второй комнате, во вторник привезут мебель. Родственники собирались приехать, а у меня места нет, гостей оставить на ночевку. Когда одна Женька приезжает, еще куда ни шло, двое гостей, как с тобой получилось - уже тесновато.
- А ты все купила для ремонта?
- Как раз этим занимаюсь, в Леруа заехала, - Ира, как старательная школьница, перечислила то, что положила в тележку. - Валики, кисточки, грунтовку, ой, какое смешное слово! Стремянку, клей, ведро для клея, плинтуса, шуруповерт!
- А обои?
- Здесь такой выбор… Я пока теряюсь. Мне помогает консультант, надеюсь, что куплю сегодня.