Само́ – что́ дерево трясти! —В срок яблоко спадает спелое…– За всё, за всё меня прости,Мой милый, что́ тебе я сделала!
14 июня 1920
«Проста моя осанка…»
Проста моя осанка,Нищ мой домашний кров.Ведь я островитянкаС далеких островов!
Живу – никто не нужен!Взошел – ночей не сплю.Согреть Чужому ужин —Жилье свое спалю!
Взглянул – так и знакомый,Взошел – так и живи!Просты наши законы:Написаны в крови.
Луну заманим с небаВ ладонь, – коли мила!Ну, а ушел – как не! был,И я – как не была.
Гляжу на след ножовый:Успеет ли зажитьДо первого чужого,Который скажет: «Пить».
Август 1920
Волк
Было дружбой, стало службой,Бог с тобою, брат мой волк!Подыхает наша дружба:Я тебе не дар, а долг!
Заедай верстою вёрсту,Отсылай версту к версте!Перегладила по шерстке, —Стосковался по тоске!
Не взвожу тебя в злодеи, —Не твоя вина – мой грех:Ненасытностью своеюПерекармливаю всех!
Чем на вас с кремнем-огнивомВ лес ходить – как бог судил, —К одному бабьё ревниво:Чтобы лап не остудил.
Удержать – перстом не двину:Перст – не шест, а лес велик.Уноси свои седины,Бог с тобою, брат мой клык!
Прощевай, седая шкура!И во сне не вспомяну!Новая найдется дура —Верить в волчью седину.
Октябрь 1920
«Любовь! Любовь! И в судорогах, и в гробе…»
Любовь! Любовь! И в судорогах, и в гробеНасторожусь – прельщусь – смущусь —рванусь.О милая! – Ни в гробовом сугробе,Ни в облачном с тобою не прощусь.
И не на то мне пара крыл прекрасныхДана, чтоб на́ сердце держать пуды.Спеленутых, безглазых и безгласныхЯ не умножу жалкой слободы.
Нет, выпростаю руки, – стан упругийЕдиным взмахом из твоих пелёнСмерть – выбью! Верст на тысячу в округеРастоплены снега – и лес спален.
И если всё ж – плеча, крыла, коленаСжав – на погост дала себя увезть, —То лишь затем, чтобы смеясь над тленом,Стихом восстать – иль розаном расцвесть!
Около 28 ноября 1920
«Знаю, умру на заре! На которой из двух…»
Знаю, умру на заре! На которой из двух,Вместе с которой из двух – не решитьпо заказу!Ах, если б можно, чтоб дважды мой факелпотух!Чтоб на вечерней заре и на утренней сразу!
Пляшущим шагом прошла по земле! – Небадочь!С полным передником роз! – Ни росткане наруша!Знаю, умру на заре! – Ястребиную ночьБог не пошлет по мою лебединую душу!
Нежной рукой отведя нецелованный крест,В щедрое небо рванусь за последним приветом.Про!резь зари – и ответной улыбки проре́з…– Я и в предсмертной икоте останусь поэтом!
Декабрь 1920
Из цикла «Ученик»
Сказать – задумалась о чём?В дождь – под одним плащом,В ночь – под одним плащом, потомВ гроб – под одним плащом.
1
Улавливать сквозь всю людскую гущуТвой вздох животворящ —Душой, дыханием твоим живущей,Как дуновеньем – плащ.
Победоноснее царя ДавидаЧернь раздвигать плечом.От всех обид, от всей земной обидыСлужить тебе плащом.
Быть между спящими ученикамиТем, кто во сне – не спит.При первом чернью занесенном камнеУже не плащ – а щит!
(О, этот стих не самовольно прерван!Нож чересчур остёр!)…И – дерзновенно улыбнувшись – первымВзойти на твой костер.
15 апреля 1921
Из цикла «Марина»
1
Знаменосцем – льстецом придворным!Серафимом и псом дозорнымОхранять непокойный сон.
Сальных карт захватив колоду, —Ногу в стремя! – сквозь огнь и воду!Где верхом – где ползком – где вплавь!
Тростником – ивняком – болотом,А где конь не берет – там лётом,Все ветра полонивши в плащ!
Черным вихрем летя беззвучным,Не подругою быть – сподручным!Не единою быть – вторым!