После обеда, на диво очень сытного, потому что оба учителя постарались на славу и выложили из своих Инро много вкусностей, мы пошли учить теорию. А потом снова была тренировка. К ужину я слабо представляла, как доковыляю до нашей с Рен спальни. Но Кио заставил меня еще и его-любимого проводить до бывшей спальни Рен, открыть дверь и пожелать приятных снов. И только тогда он вошёл, по-хозяйски осматривая свое новое жилище.
«В нашем доме поселился замечательный сосед!», - бубнила я недовольно про себя, направляясь в нашу с Рен общую комнату. И это ещё неизвестно, насколько он тут задержится…
А среди ночи меня разбудила Рен.
- Аика! Просыпайся! – потрясла подруга меня за плечо.
- Рен! Я спать хочу! – отвернулась я.
- Аика! Там кто-то стонет!
- Что? Нет! Я никуда не пойду! Хватит. Я уже один раз сходила в метель. Мне, знаешь ли, хватило!
- Да это не на улице. Это у нас на первом этаже. В кухне!
- Что? – недовольно села я на кровати и прислушалась.
И тут, и в самом деле, я отчетливо разобрала чьи-то завывания:
«Карарин, корорин, канкорорин!
Глаза три, глаза три, зуба два!
Карарин, корорин, канкорорин!»
- Это еще что на моей кухне!? – недовольно забормотала я, выпутываясь из одеяла и спуская босые ноги на пол.
И, как была в одной легкой ночной сорочке и босиком, я и стала спускаться вниз по лестнице. Рен жалась за моей спиной, но не отставала.
- Может быть учителя Сабуро разбудим? – внесла Рен дельное предложение.
Я даже приостановилась. И в самом деле? «Зря мы его кормим?», сказал бы всем известный кот из Простоквашино, но я тряхнула головой.
- Нет! Это мой дом и моя кухня. Заорать и разбудить его мы всегда успеем, – постановила я и продолжила спуск.
Я так и застыла с лисьем огнем между пальцев на нижней ступеньке лестницы и с удивлением наблюдала за странным существом, что разгуливало у меня по кухне. Это была довольно красивая сандалия. Обувь была, совершенно точно, - не дзори, а именно - гэта. С большой платформой, на которой искусным мастером были вырезаны лисицы, раскрашенные, наверняка, вручную. Кстати, - розовые лисицы. Сандалия, была странная. У нее выросли две руки и две ноги. Они были коротенькие и несколько корявые, но все же это были руки и ноги, на которых сандалия весьма нелепо ковыляла по полу. А прямо между ремешками для пальцев на платформе появился большой глаз. Глаз был один и занимал почти все место на стельке. Носа не было, а рот находился прямо под глазом. Именно из него и неслись протяжные звуки, напоминавшие песню:
«Карарин, корорин, канкорорин!
Глаза три, глаза три, зуба два!
Карарин, корорин, канкорорин»
- Это что? – спросила я, потушив лисий огонь.
- Это очень похоже на Бакэ-дзори. Только вот странная она какая-то, – задумчиво протянула Рен за моей спиной, – Это же гета? И песенка странная. Напоминает скрип гета, которые действительно издают подобные звуки при ходьбе по полу из-за платформы.
- Ну да? И у гета три глазка? Ну такие отверстия для ремней просверлены.
- Ага. И два зуба? Деревянные бруски снизу подошвы, – вторила мне Рен, – Только вот обычно это все же дзори. Бакэ-дзори.
- А у нас гета. Мне вообще всегда обувь на платформе нравилась. Устойчиво и красиво, – протянула я, продолжая разглядывать странное существо.
- А откуда он взялся? Или она?
- Скорей уж «Оно»***, – вспомнила я незабвенную классику Стивена Кинга, – Это я его принесла. Стянула с ноги Юки-онна, когда она ей меня придавила. Сама не знаю зачем. И вот что странно, Учитель Кио Сабуро вчера в разговоре упоминал эту сандалию. Правда, он скорей имел ввиду умственные способности, а не конкретно вот это, – и я указала ладонью на обувь, слоняющуюся по моей кухне.
- Этой гета явно больше ста лет, раз она с ноги Юки-онна. Учитель Сабуро ее помянул в разговоре. Вот она, напитавшись магией, и ожила, – сделала вывод Рен.
- А делать-то что? Испепелить? – спросила я.
- Жалко, – протянула Рен, – Она красивая.
- Кто? Вот эта штука на ножках с одним огромным глазом? Красивая?! – и я обернулась к Рен, чтобы встретится взглядом с ухмыляющимся учителем Сабуро, стоящим на верхних ступеньках.
– Нееет, – простонала я и закрыла рукой глаза в извечном жесте: «Глаза б мои на него не смотрели!».
Рен, тоже обернулась и поспешно поклонилась.
- Учитель Сабуро? Доброй ночи! – сказала Рен.
- Доброй? – хмыкнул лис, скрестив руки на груди и весело рассматривая нас сверху.
- Доброй, – утвердила я и тоже отвесила ему поклон.
- Правильно ли я понимаю, что ты стащила с ноги злобного монстра гета, притащила ее в дом и теперь еще раздумываешь испепелять сандалию или нет? – изогнув бровь спросил он.