— Нет… Отец… нет, нет, нет… — прошептала она, но голос задрожал, становясь всё громче и громче.
Слёзы хлынули потоком, застилая всё перед глазами. Она упала на колени, судорожно хватаясь за его руку, трясла его, снова и снова повторяя, будто он мог услышать.
— Отец... Пожалуйста... Проснись... Папа! Ты не можешь умереть. Ты обещал... Ты был у меня единственным! Как ты мог меня оставить?! Как ты мог… — рыдания сдавили её горло.
Холодная безысходность короткими волнами накатывала на неё, заключая в железную хватке. Соха ощущала себя раздавленной этой пустотой, этим криком, замершим в её душе. Она припала к его груди, холодной, обугленной, как мёртвое дерево, и закрыла глаза.
Ее выдернуло из нахлынувшего горя. Едва слышный шум снаружи пробился сквозь её скорбь. Что-то медленное, гулкое, словно чьи-то тяжёлые шаги, надвигалось из-за порога. Соха застыла, а затем медленно подняла голову, поняв, что что-то приближается.
Разум так и кричал о бегстве, но сердце сопротивлялось этому. Страх сковал её, холодный и цепкий. Она встала, дрожа всем телом, и вновь посмотрела на отца.
— Прости... Мне нужно уйти,— прошептала она, окинула она взглядом его обезображенное лицо в последний раз.
Снаружи становилось всё громче. Земля дрожала, будто сама деревня боялась пришедшего ужаса. Ветер, казалось, посвистывал предсмертную песню гибнущему селению. Собирая оставшиеся силы, Соха выбежала на улицу.
Над деревней поднимался ещё более густой тёмный дым. Огонь, словно живой, пожирал дома, поглощая всё на своём пути. Но это было не самое ужасное. Медленными шагами к её стороне двигалось нечто огромное, обернутое зловещей тенью. Оно манило тусклым красным светом глаз, которые буквально впивались в неё. Сухой, скрежещущий звук раздался, словно существо улыбалось, предвкушая свою жертву. Он вызывал ужас, но Сохи понимала, что должна его остановить во чтобы то не стало. Если не людей ее деревни, хотя бы людей, что живут вокруг она должна защитить.
Собрав всю оставшуюся энергию, Соха бросилась в последний бой. Свет, который исходил из её рук, был ослепительным, заполняя воздух вокруг неё своим светом. Она стремилась уничтожить тьму и спасти то немногое, что ещё оставалось. Но монстр был готов. Его тёмные щупальца обвивали её магию, поглощая часть её силы.
Каждый удар Сохи ослаблял её, требуя все больше её жизненной энергии. Она была сильна духом, но её тело сопротивлялось, требовало отдохнуть.
— Ты не пройдешь! — воскликнула она, но её голос дрожал.
—Вам просто не стоило брать то,что не ваше — его голос был похож на голос из самой преисподней, наполненный угнетающей силой.
Существо продвигалось вперёд, несло в себе ужасный холод и тьму, которая вытеснила свет. Оно казалось неудержимым, жадным до света, который был жизнью Сохи. Она знала, что её силы иссякают, и страх сдавливал её сердце.
Монстр снова атаковал, и Соха закричала от боли, пытаясь отбросить его ещё одним взрывом света. Её последние остатки энергии разошлись, осветив небо над ними. Это было потрясающее зрелище, словно яркий метеор, разрезавший ночное небо.
Но этого было недостаточно. Понимая, что проиграла, Соха рухнула на колени. Она чувствовала, как жизнь уходит из её тела, руки ослабевали. Её глаза угасали, свет внутри неё исчезал.
Монстр приблизился, поглотив остатки света, освещавшие вокруг. Тьма вновь окутала ее, но Соха не могла больше сражаться. Её дыхание стало редким, взгляд становился мутным.
— Я… я пыталась… — прошептала она сквозь слезы, её голос утонул в наступившей тьме.
Силы оставили её, и она безжизненно рухнула на землю, свет полностью угас. Последнее,что она увидела это его алые красные глаза, а после сплошную темноту….
1 глава
Лёгкий ветерок осторожно пробежал через приоткрытое окно, принеся с собой свежесть и запахи прошедшего дождя. Комната встречала его мягким светом рассвета, проникающим сквозь легкие занавески, как нежное прикосновение, бережно пробуждая всё вокруг. Тени от раскачивающихся на ветру листьев танцевали на стенах, создавая причудливый узор, а в углу, заваленный книгами и бумагами, стоял невзрачный деревянный стол. На подоконнике, словно маленькие искры жизни, с каждым дуновением ветерка покачивались цветы в глиняных горшках, а на полу у кровати уютно располагался мягкий коврик, впитывающий тепло утреннего солнца.