В этом тихом, наполненном свежестью пространстве, хрупкая девушка лежала на простой деревянной кровати, украшенной выцветшим хлопковым покрывалом. Её лицо было бледным, а маленькие капли пота, выступившие на белоснежном лбу, свидетельствовали о том, что она переживала нечто большее, чем просто сон. Грудная клетка неустанно вздымалась и опускалась, а руки сжимали край одеяла до побелевших костяшек. И вдруг, как если бы её сердце ощутило опасность, она резко открыла глаза — в этот миг она вынырнула из глубин мрачного сна.
— НЕТ! — вскрикнула девушка, тяжело дыша, ощущая, как страх поглотил её.
“Где я? Я не умерла?” — пронеслось в её голове, когда взгляд охватил комнату, наполненную мягким светом рассвета. Комната выглядела одновременно знакомой и чуждой.
— Какой странный сон... Это всего лишь сон, всё в порядке, — успокаивала она себя, пытаясь привести в порядок сбившееся дыхание. — Почему мне это приснилось?
В сознании Соха оставались яркие образы: алые глаза того чудища, заставлявшие кровь стыть в жилах, и ужас, который не отпускал её даже сейчас.
— Это было настолько реалистично, что ломит тело, — пробубнила она недовольно, массируя своё левое плечо. Зажмурившись от неприятных ощущений в плече.
Лишь теперь она почувствовала легкое покалывание в ладонях. Между слегка дрожащими пальцами лежал странный и незнакомый предмет Его холодный металл контрастировал с её тёплой кожей, создавая ощущение, будто поток ледяной воды плавно переплетался с её пальцами.
Она внимательно осмотрела загадочный предмет, который казался знакомым, но в то же время таил в себе множество тайн. В центре амулета, окруженного запутанными узорами, пульсировал красный камень, словно заключая в себе кусочек закатного неба. Этот камень гипнотизировал, манил своим мистическим сиянием, казавшимся живым.
“Откуда он у меня? Я словно где-то его видела… но где?” — размышляла она, запутываясь в собственных мыслях, при этом ощущая, как страх и любопытство переплетаются в её душе, создавая новый виток тревоги.
— Как же все это странно…. — тяжело выдохнув, от бросилась обратно на подушку. — До жути странно, — сердце все еще не собиралось униматься, а что-то тревожное все еще охватывало разум.
— Соха, ты еще спишь? — послышался легкий стук по двери комнаты, и Соха услышала негромкий голос отца.
— Отец, — одними губами произнесла Соха, а в голове снова всплыла картина обгоревшего тела отца, и сердце с новой силой болезненно сжалось.
Подорвавшись с кровати, всего в пару шагов она преодолела расстояние до двери. Распахнув дверь, её сердце замерло — перед ней стоял высокий мужчина с крепким телосложением, тот самый, которого она знала с детства. Отец выглядел усталым: под его глубокими черными глазами залегли морщины, а черные волосы, усыпанные седыми прядями, растрепались на ветру. Он держал в руках небольшую корзину с ягодами — только что собранную малину.
“Живой…это действительно был сон”
— Ты не ответила, поэтому я подумал, что ты опять поздно легла… — голос отца был низким и чуть хрипловатым, что всегда придавало ему особую теплоту.
Глаза Сохи защипало от непрошенных слез, и она тут же прижалась к отцу, уткнувшись носом ему в грудь. Наконец-то она смогла с облегчением выдохнуть.
— Малышка, прости, что задержался. Сильно скучала? — его голос был полон заботы, и Соха почувствовала, как тяжесть с ее сердца начинает немного отступать. — Ты плачешь? Что случилось? — спросил он, отстранив дочь немного от себя, и внимательно взглянул на её лицо.
— Всё хорошо, просто приснился нехороший сон, — постаралась она натянуть на лицо улыбку, но, кажется, это не совсем удалось.
— Уверена? — настойчиво вновь задал вопрос, улавливая ее взгляд.
— Да, всё хорошо. Ты принёс ягоды? Давай вместе поедим? — вспомнив об амулете, который всё так же покоился в её руках. С улыбкой проговорила она отцу.
Спрятав амулет за спину, она ещё ярче улыбнулась, надеясь, что это отвлечет его.
— Конечно, я пока помою ягоды, а ты переоденься и приходи, — сказал отец, прежде чем уйти в другую комнату.