Старик, к счастью, не уловил его промаха. Он что-то продолжал бормотать, кипятясь, брызгая слюной и злобно поглядывая на Виталия из-под лохматых бровей.
- Так кто же установил телефончик? - повторил свой вопрос Виталий. - Дело-то судебное, Борис Иванович. Охота вам за другого отвечать, да ещё свои кровные выкладывать? Знаете, какой штраф наложим?
Вот тут Виталий, кажется, попал в самую точку: денежки старик выкладывать не собирался, ни одной копеечки, он готов был удушиться за каждую.
- Ну да… ну да… туды-сюды… - гневно забормотал он. - Не той мы веры, чтобы за всё платить… Откуда возьму… У них есть, у них и бери, туды-сюды… А у меня вон, гляди… - Он обвёл рукой комнату.
- Что ж, Борис Иванович, быть по сему, - хлопнул ладонью по столу Виталий. - Я ведь не шучу. Хотите сами…
В этот момент звякнула входная дверь, и Виталий через открытую дверь комнаты увидел, как в переднюю с лестницы вошла старуха. Она метнула испуганный взгляд в комнату, заметила постороннего человека и, ни слова не говоря, поволокла в кухню тяжёлую сумку с покупками.
- Евдокия! - привычным командирским тоном рявкнул старик. - Ходь сюда! Живо!
Старуха торопливо прошлёпала из кухни обратно в переднюю, но прежде, чем переступить порог комнаты, вытянула шею и внимательно рассмотрела гостя.
- Чего тебе? - недовольно осведомилась она.
- За Вовку тут штраф платить велят… Под суд, туды-сюды… - злобно прорычал старик и вдруг вскочил со стула. - Едем!.. Сам его придушу, туды-сюды!.. Гнида!.. На меня показывать?..
Вот оно! Впервые в разговоре мелькнуло новое имя.
- Да ты что мелешь, старый чёрт! - охнула старуха, всплеснув руками. - Да куда тебя несёт! Да опомнись!
- Минутку, Борис Иванович. Я сейчас машину поймаю, - сказал Виталий. - Присядьте пока. Нам куда ехать надо?
Старик вдруг растерянно посмотрел на Виталия и забормотал:
- А я знаю куда?.. А я там, думаешь, был, туды-сюды…
- Вот-вот!.. Вот-вот!.. - с облегчением воскликнула старуха. - А то понёсся…
- Как же так? - удивлённо спросил Виталий. - Что Вовой зовут, знаете, а где живёт…
Но в тот же момент он понял, как это может быть. Если старика используют втёмную, то вполне понятно, что он ничего не знает, а уж адреса - тем более.
- Значит, этот самый Вова вам телефончик и сварганил? - усмехнулся он. - А как штраф платить, так вам?
- Он, милый, он, - с воодушевлением подхватила старуха, как-то, видимо, всё сразу сообразив. - Ему что, а вот нам… Да пропади он пропадом! Тьфу!
- Вова или телефон?
- Да хоть и Вова! Седой уже, а всё Вова!
- Как же его по батюшке величают?
- Вроде Сергеевич.
- Может, Владимир Сергеевич хоть номер своего телефона вам оставил? Сейчас бы позвонили ему и всё выяснили. Может, у него квитанции? А то ведь мне за вас обидно, Евдокия Петровна. Подсудное же дело получается, и вам отвечать.
- О господи! - охнула старуха, опускаясь на стул и жалобно глядя на Виталия. - Это за что же такое наказание? Нешто так можно?
- А что делать? - развёл руками Виталий. - Кто-то же должен ответственность нести?
Старуха обернулась к мужу:
- Слышь, Иваныч, проснись! Ну чего зенки-то вылупил на меня? Вон лучше телефон поищи Вовы своего.
Она нисколько не боялась своего грозного на вид супруга и даже, когда было надо, не стеснялась на него прикрикнуть.
Старик тяжело поднялся со стула и, что-то бормоча себе под нос, застучал палкой и протезом, направляясь в соседнюю комнату.
Возился он там долго, выдвигая какие-то ящики, что-то переставляя, даже передвигая, при этом то и дело что-то падало у него из рук. Видимо, телефоном неведомого Вовы пользовались редко, а скорее всего вообще никогда не пользовались и хранили лишь на самый крайний случай.
Между тем это была сейчас единственная ниточка, которая только и могла помочь Виталию в его сложном поиске. И он начинал уже не на шутку опасаться, что старик этот телефон потерял.
Но вот из соседней комнаты донеслось удовлетворённое урчание, и снова тяжело застучали протез и палка. Массивная фигура старика появилась наконец в дверях. Вид у него был гордый и даже заносчивый, нижняя губа выпятилась больше обычного, а взъерошенные волосы вокруг блестящей розовой лысины казались нимбом. В свободной руке он держал листок, небрежно вырванный из тетради.
- Ну вот!.. Ну знал я, туды-сюды!.. На, гляди…