— Никому не двигаться, — раздался громогласный голос из листвы. — Увижу хоть малейшее движение — не останетесь без стрел в теле!
Двое стояли неподвижно. Но Лафатуш не удержался — он поинтересовался и захотел проверить, кто тот незнакомец-невидимка что на них кричал. Он быстро потянулся за луком, но не успел: молниеносно с ветвей обрушился град стрел и несколько лучников которые окружили их, образовав круг из войнов вокруг Троицы.
— Стойте! — провозгласил голос. — Ещё одно лишнее движение — и не уйдёте без ранений, — грозно добавил незнакомец.
— Покажись! Выйди на честный бой! — крикнул Валькат. — Вы не заслуживаете дуэли со мной. Тот, кто нарушает наши правила на этой земле, считается преступником, лишён любых прав и обязан быть захвачен.
— Мы ничего не нарушали, — возразил Матеус. — Мы пришли в этот лес с благородными намерениями.
Вдруг из дерева спрыгнул силуэт в зелёном. Незнакомец стоял боком, лицо его было скрыто под капюшоном, за ним показались ещё пару лучников по сторонам. Подойдя ближе к Валькату, незнакомец сказал:
— Решать это не вам. Следовало бы думать прежде, чем пользоваться древними секретными пещерами наших предков.
Валькат ещё более недовольно посмотрел на них.
— Связать их, надеть мешки! — и в ту же секунду героическую Троицу связали, окутали головы мешками и повели в неизвестном направлении.
Глава 5
Долго и муторно шли ребята по непонятной им дороге, в непонятном им направлении. Всё казалось другим: запахи, которые было крайне сложно уловить сквозь мешок на голове; звуки, отличавшиеся от гипнотизирующего шума леса Лутэннона, которые перебивались хохотом и разговорами солдат. Свет, который краем глаза был виден сквозь маленькие дырки в мешке… Одно было ясно — они больше не в лесу.
С одной стороны, это было величайшим облегчением для ребят — наконец-то покинуть тот злополучный лес, где каждый шорох был опасен и норовил их убить или свести с ума. Но с другой — их вели в совершенно незнакомое место. Страх и одновременно страсть к неизведанному овладевали ими.
— Всё равно не понимаю, как ты мог их проглядеть, когда был на посту, — сказал человек недовольным голосом.
— Капитан, их там не было, клянусь! Я бы их не пропустил, — оправдывался кто-то, явно стоящий ниже по званию.
Они продолжили путь молча. Наши герои, выйдя из злополучного леса, оказались на красивых горных лугах — зелёных от пышной, высоко выросшей травы, поражающих своими видами: на обрывистые хребты и величественные заснеженные вершины вдалеке. Свежий воздух и яркое солнце — пусть и сквозь мешки — возвращали ребятам силы. Несмотря на обстоятельства, каждый ощущал себя возвышенно.
Матеус отпускал ехидные шуточки, над которыми смеялся лишь идущий позади Лафатуш, а к Валькату наконец-то вернулась его жажда приключений, что ненадолго покинула его в лесу Лутэннон.
Долго они шли по просторным лугам, по узким тропинкам вдоль ручьёв и родников, поднимаясь всё выше и выше. Вскоре начался подъём в гору — идти становилось всё тяжелее. Тропа была настолько узкой, что вмещала лишь одного человека, и потому все шли — один за другим — по скалистой дорожке у обрыва. Это было крайне опасно, но также — невероятно красиво.
Впереди, всё время в молчании, шёл силуэт в капюшоне. Он не снимал его даже сейчас, вдали от леса. Впрочем, как и остальные.
Наша весёлая троица — Матеус, Лафатуш и Валькат — шагали гордо, связанные друг с другом, а за ними — ещё пара лучников и все остальные.
После долгого и изнурительного подъёма они наконец-то вышли на ровную поверхность. Матеус с Валькатом были безмерно рады мягкой траве на вершине, гораздо более приятной, чем скользкие, сыпучие камни, которыми была усыпана дорога. В отличие от них, Лафатуш и остальные вида усталости не подавали — словно для них такие склоны были привычным делом.
Став в полный рост, друзья вдохнули полной грудью. В лицо им подул сильный ветер — настолько сильный, что сорвал мешки с их голов и унёс их вниз по склону. И вот — наконец-то! — они смогли увидеть яркий, греющий лицо, вселяющий надежду свет солнца.
— Капитан, мешки! — крикнул кто-то сзади.
— Уже не важно, — быстро ответил их лидер. — Мы дошли.
Ребята одновременно ощутили восхищение, ужас и удивление. То, что предстало перед ними, никак не соответствовало их ожиданиям.
Они стояли на вершине огромного горного хребта. Над ними раскинулось чистое голубое небо, а солнце радовало глаза, отвыкшие от света. Но больше всего поражало вовсе не это. Впереди простиралась пропасть — такая огромная, что невозможно было разглядеть ни её дна, ни краёв. Она уходила вдаль на тысячи шагов, и из неё дул холодный ветер, издающий странные, гулкие звуки.