Голос Лафатуша, теперь уже больше похожий на раскат грома, низкий и величественный, наполнял зал, заставляя свет меркнуть с каждым словом.
— А он то намекал нам — тихо прошептал Матеус Валькату.
— Прости нас, Великий Фаэт! — закричали эльфы, упав на колени. — Прости, что не узнали тебя в твоём земном обличье!
— Молим о пощаде!..
Лафатуш опустился на пол, и в следующий миг снова стал человеком. Он поправил ворот своего старого плаща, провёл рукой по бороде и заговорил уже знакомым голосом:
— Простите меня, друзья мои, что не представился вам раньше как следует.
— Да что ты, то есть вы не извиняйтесь.
— Раз уж так вышло… — вмешался главный эльф, подбегая к ним, — позвольте хоть проводить вас к достойному месту проживания.
— Благодарю, — кивнул Лафатуш.
Ситуация, как и начало их знакомства, оставляла странное, тревожное послевкусие.
Пока они шли по улицам прекрасного города Нивелонна, Валькат задумчиво смотрел по сторонам. Города, который раньше казался холодным, теперь раскрылся перед ним с другой стороны.
— Фаэт. можно звать тебя Лафатушем? — спросил он.
— Прошу, зови меня так. Я уже отвык от звания "Фаэт", — ответил тот. — Но раз уж ты спросил, хочу кое-что вам сказать. Вы поступили правильно. В отличие от этих надменных эльфов, вы не судили меня по внешности. И я прошу вас: никогда не отказывайтесь от этого.
Он посмотрел прямо в глаза своим спутникам.
— Человек — самое сложное существо, что я встречал за всё своё существование.
Даже эльфы со своей гордыней и презрением куда проще и предсказуемее. Но люди это совсем другое. Всегда смотрите сквозь внутрь человека, разговаривайте с душой, а не с телом. Не теряйте эту способность.
В этот момент Валькат и Матеус впервые взглянули на эльфов по-другому. Под их холодной внешностью скрывалась простота, даже уязвимость. И теперь, когда на них никто не смотрел, их лица были открытыми, даже доброжелательными. Притворная надменность исчезла — осталась только оболочка.
Путников провели в одно из зданий неподалёку от королевского дворца — величественного шедевра эльфийской архитектуры. Им выдали придворную одежду и уведомили, что вечером они приглашены на ужин с самой королевской семьёй. Все трое были поражены… и, надо сказать, приятно удивлены.
Наступил вечер.
Они отправились ко дворцу. Дорога была короткой, но незабываемо красивой. Вокруг цвели деревья и кусты, среди которых пестрели живые ковры цветов. Между ними проходила аккуратная каменная дорожка.
Дворец возвышался на лёгком пригорке и был окружён невысоким барбаканом с арочными воротами. Некоторые стены прямо выходили к обрыву, за которым начинался склон горы. А где-то под дворцом, из расщелины в скале, струился небольшой водопад красиво мелькающий в бликах солнечного света…
Некоторые стены этого дворца были покрыты тонким слоем плюща и виноградной лозы.
Немалое количество эльфов направлялось на пир. По пути встретился хорошо знакомый Нагулор — капитан эльфийской стражи, который, видимо, тоже был приглашён. У них с ним завязалась непринуждённая, но формальная беседа.
Он рассказал им, что, как только король узнал о прибытии Великого Фаэта в Нивелон, сразу приказал организовать званый пир. Ведь даже среди эльфов, для которых время течёт совсем иначе, давно не случалось, чтобы Мейроны спускались в Ливиладу. Это явление для всех означало праздник. Тысячелетиями народы Ливилады отмечали приход мейронов и считали это благословением богов.
— А о каких богах идет речь? — Спросил Валькат:
— «Ты что, не знаешь? Ты так и не понял, кто такой Лафатуш?»
— «Не особо. А что?»
— «После праздника расскажу», — ответил Матеус.
Ребята попали в королевский дворец. Изнутри, как и снаружи, он был поразительно красив. Все стены сияли белым цветом, украшенные восхитительными картинами и огромными самоцветами, которые отражали свет люстр всеми цветами радуги. Потолки были украшены великолепными золотыми люстрами, усыпанными ярчайшими бриллиантами.
Коридоры и залы дворца были отделаны магическим серебром и позолотой. Гости выглядели необычайно изысканно — каждый был одет в соответствии со своим эльфийским нравом и вкусом: в длинных белых платьях и мантиях. Дворец буквально утопал в богатстве и роскоши. Повсюду звучала красивая, душевная мелодия арфы, словно магическим образом льющаяся из воздуха отовсюду.
После нескольких минут осмотра окрестностей дворца всех гостей, включая наших героев, попросили проследовать в тронный зал.