— Хреново. Всё валится и рушится. Нам-то оно на руку, но... — я поморщился и махнул рукой в сторону соседа. — Повезло, говоришь? У мелкой там вообще-то была, считай, что семья. Владелица была из нормальных, заботилась, как о родной...
— Была?
— Была.
Пегаска молчала ещё несколько минут. Ушки дёргались, ловили голоса за окном. Раздумывала о чём-то, это было заметно и простым глазом. В конце концов, она решительно выдохнула.
— А как сейчас у... тех, с кем меня забирали?
Вопрос не стал чем-то неожиданным. Все они разные, но некоторые общие шаблоны поведения всё же есть. Как, впрочем, и у всех остальных. Иногда они интересуются прошлым. Избирательно.
— Ну, наших соседей ты знаешь. За тех, кто не на Тайге, не скажу, я ж не могу приглядывать за всеми, но вот Виса, насколько знаю, после нашей прогулки подалась в медицину, а потом специализировалась на синтет-педиатрию. Возможно, как раз она и будет смотреть эту твою сестрёнку.
Дэш чуть улыбнулась, повернула голову, глядя в окно.
— А этот... чистенький мальчик с его зоопарком?
— С ними всё прошло легко. Виктор сейчас на Сирине, подался в экзогеологию, говорят — очень неплохо получается. Серафима всё так же с ним, пилот-атмосферник, и вообще водит всё, что движется. Лира, насколько известно, тоже с ними, подробностями не интересовался. Девочка неплохо музицирует, кстати, время от времени концерты даёт, как я слышал. Гайка на пару с дедом, в смысле главмехом, на рейсовом грузопассажирнике стажёров тиранит...
Я ненадолго прервался, глядя ей в спину. Спина была очень выразительной. Мышцы напряжены, крылья рефлекторно подрагивают... ушки плотно прижались к голове. Яркая у них мимика, даже без эмпатии понятно, что напрашивающееся продолжение разговора ей тяжело.
И всё же она заговорила сама.
— А... Скуталу? — голос был напряжённым, и оттого хрипловатым.
— А Скут молодец, сумела удивить. Она и её названый папаша, Джерри, ведь так и остались здесь, на Тайге. — спина дрогнула ещё раз, словно пегаска пыталась сжаться. — Перестань. Всё закончилось и забыто, кровь ушла в землю, и на её месте растут виноградные лозы. — она обернулась удивлённо, глядя на заговорившего высоким стилем меня. — Так, вспомнилась вдруг цитата из какой-то древней книжки. В общем, у адаптаторов они теперь. И очень даже успешно, надо заметить. — я хмыкнул. — Как я слышал, мелкая попросилась в команду ещё тогда, когда их самих учили. Попробовали, она поймала волну, совсем как ты, потом была практика... практика получилась забавная. Был такой Стивен Агилар, парень, который занимался примерно тем же, что и мы, только на Земле. На вводной еще про него говорили, если вспомнишь. После того выхода мы с ним связались, и чуть погодя парень нам сразу аж целый бордель подогнал оптом. Я не шучу. Настоящий пони-бордель, для любителей экзотики. "Чистый мальчик", как ты изволишь выражаться, им в свое время контакт оставил, и на фоне общего бардака персонал заведения пустился в бега. Стивен, конечно, талант... но такое резкое пополнение социума, да ещё и такое специфическое, он всё же не потянул. Конфликты, нервотрёпка... выгонять совестно, так что он спихнул проблему на нас. Ну, бывало и сложнее — забрали, осмотрели, разместили, и приставили к ним этих вот стажёров. И вот они уже этот цветник вписали к нам, просто на удивление, легко и чисто. Говорят, забавно было наблюдать, как эта мелюзга водит за собой хвостиком здоровых кобыл, а те каждое её слово ловят, как откровение. Талантливая двойка получилась.
— Я... рада за неё. — пегаска уткнулась носом в сложенные на подоконник ноги.
— Но?...
— Я... — голос был едва слышен. А следующее слово было неслышно вовсе. Впрочем, догадаться было несложно.
"Боюсь."
О Великие Древние.... И это самый отмороженный в разведфлоте пилот, и она же — самый аккуратный штурман. Та самая Стальная Кобыла, которую уверенно прочат в капитаны ещё через пару рейдов — это же не просто так под её началом стажёров гоняют, так вот и учат перспективных капитанствовать, да костяк команды для них собирают. А она, скажем прямо — давным-давно переросла просто пилота-разведчика, да и штурманское место ей уже откровенно тесное. Ну а что внешность необычная — так капитан это не про внешность, это про опыт и про умение работать с командой.
— Хм?...
— ... — пегаска явно пыталась изобразить из себя модель "флаттершай". Цвет подкачал, да, зато умение говорить беззвучно удалось на все сто.
— Можно погромче, радость моя? Старость не радость, слух не тот, лапы болят, хвост отваливается....