— Устраивайся. — Шад привычно махнул в сторону койки Ника. — Мара, будь любезна, давай трансляцию из лазарета.
На стене вспыхнул экран с уже хорошо знакомым видом. Лазарет, Мара в белом комбинезоне и Грай с Ладой, стоящие у последней занятой автодок-капсулы. Крышка дрогнула и начала подниматься, а мех — сворачиваться рулонами в изголовье и в ногах, открывая взгляду типичную фурри. Лицо — забавная смесь человеческих и кошачьих черт, большие, пока ещё закрытые глаза, острые ушки, длинный пушистый хвост, короткая гладкая шёрстка на стройном теле. Двухцветная — белая на шее, руках и груди, и чёрная на всём остальном. Вытянувшаяся обнажённая фурри казалась одетой в очень тесное чёрное платье, с декольте до пояса и чёрными перчатками от локтей.
И ещё был довольно частый, причудливый узор, расчертивший эту шёрстку-платье так, словно кто-то прошёлся по ней очень узкой бритвой.
— Мара, ты просто великолепна. — проговорил Шад. — Отлично поработала.
— Спасибо. — откликнулась та из динамика.
Рэйнбоу, наконец, поняла что это за узор, и тихо выругалась.
— Угу. — кивнул Шад. — То, что притащили наши щенята, было больше похоже на освежёванную тушу. Не то, чтобы такое было в новинку, но так быстро собрать из этого что-то вполне симпатичное — надо иметь талант.
— Захвалишь... папочка. — голос Мары был спокоен и ироничен, несмотря на то, что на экране она только что поймала открывшую глаза, и тут же попытавшуюся выпрыгнуть из капсулы фурьку за плечи, удерживала чёрно-белый, отчаянно вырывавшийся клубок вздыбившегося меха на месте, и, судя по шевелившимся губам — что-то ей говорила.
Дэш помотала головой, напоминая себе, с кем они говорят. Было очень трудно привыкнуть к мысли, что эта очаровательная женщина... что-то вроде одежды для искусственного разума.
Хвостатую девушку на экране тем временем держали уже в четыре руки — белобрысый Грай пришёл на помощь Маре, и это принесло успех — услышав его, фурри замерла на секунду, вскинула голову, вглядываясь в его лицо, а потом вцепилась в него словно в спасательный круг, уткнулась лицом ему в грудь и застыла, чуть подёргивая нервно хвостом. Лада рассмеялась, сказала что-то смутившемуся Граю, и ласково погладила фурри по голове, потом почесала её за ухом словно большую кошку. Фурри чуть-чуть повернула голову, взглянула на девушку, и снова уткнулась в Грая. Хвост, впрочем, дёргаться перестал.
Потом... "потом" Дэш было уже знакомо. Мара, наклеившая датчики на груди, и у основания черепа, знакомый синий универсальный комбинезон с кучей застёжек, короткий путь до кают-компании, где уже устроились оставшиеся трое из группы Ника, и сам Ник, занявший кресло у экрана. И всё это время фурри не выпускала руки Грая, словно боялась, что всё вокруг тут же исчезнет, если она его отпустит.
— Мара, будь добра, дай трансляцию звука. — попросил Шад.
— ...так что много говорить тебе пока не стоит, и лучше говорить шёпотом. В основном рассказывать будем мы. — раздался в каюте голос Ника. Тон был тоже ужасно знакомым — спокойным, уверенным, обещающим защиту и покой. — Коротко — как тебя зовут, как ты там оказалась и кто будет тебя искать?
— Ни... Нира. Не будут. — ответил тихий голосок, с характерными для синтетов-кошек мурлыкающими интонациями. Она запнулась, прислушиваясь к себе, а потом принялась сбивчиво рассказывать. Судя по рассказу, то и дело перемежавшемуся всхлипами, было ей всего пара лет от роду, вернее от получения заказа первым владельцем. Вскоре она ему наскучила и была перепродана, потом ещё раз и ещё, пока не оказалась в роли официантки в какой-то забегаловке. Потом её перепродали в последний раз, в машине ей чем-то брызнули в лицо и пришла она в себя уже на сцене. Затем началось представление, а после она услышала необычный для представления шум, крики, выстрелы и у распластанной на потеху публике фурри появилась надежда...
— ...надеялась, меня добьют. — всхлипнула она и снова прильнула к плечу Грая.
— Тихо, малышка, тихо. — Лада обнимала Ниру, словно младшую сестру. — Всё хорошо, никто тут тебя не тронет. Кстати, ты знаешь, где ты сейчас?...
— Suki. — вздохнул в общей трансляции женский голос.
— Мадмуазель Виса, подобная лексика не к лицу юным дамам. — укоризненно и чопорно сказал Шад. — С вас причитается вира — минут через пятнадцать марш в столовую, и притащи в кают-компанию поднос. Там приготовлено.