Это, к слову, радует — в прошлый раз, когда я был здесь, и присматривался к месту, где буду радоваться отставке, девочка была какой-то пришибленной. Надо бы узнать у Дмитрия — в чём дело. Очень уж заметно она поменялась, общение с пегаской так подействовало, что ли... Надо заметить, работает это в обе стороны, на Дэш это тоже действует благотворно.
Я глянул на часы, поставил кружку на стол, и пошёл к двери наружу — убеждаться в благотворности.
За два последних дня, на внешней стороне перед её домом, мы с Димом сделали тренировочную площадку. Старым фронтирным способом утрамбовали пятачок — посадка-старт катера с брюха, на антиграве, запущенном в форсажном режиме, оставляет прекрасно выровненную и спрессованную плешь. Так-то на природе такие фокусы не приветствуется, зарастает такая проплешина медленно и трудно, но возле дома можно — потом всё равно перекопаю. А после раскатали на площадке зелёное, под цвет окружающей травы, полотно упругого и нескользящего покрытия, закрепили — в общем обустроили удобный ринг.
И сейчас на этой площадке вовсю разминалась пегаска. Пока что крылатая не демонстрировала ничего особенного — обычные упражнения на разогрев и растяжку. Обычные для пегаса, разумеется, хомо упражнения для крыльев ни к чему.
Выглядело это всё, как что-то среднее между странным медленным танцем и кошачьими потягушками. Красивое зрелище. Интересно было бы взглянуть ещё и на работу мышц при этом, но занималась она в одежде. Что-то вроде свободного кимоно, приспособленного под пегасью анатомию, плод её совместного с Милой кроильно-шильного творчества. Отчасти дань земным привычкам, отчасти дань необходимости — пару раз она перекатывалась по рингу, и цепляться голой шерстью за похожее на каракуль покрытие было бы неприятно.
А для меня всё это ещё и признак прогресса. Пусть и с моей помощью, под моим влиянием, но всё же девочка сама решилась и попросила нас сделать площадку. Сама попросила Милу сшить ей тренировочный костюм и сама, практически полностью сама, вытерпела все связанные с этим процедуры обмера-примерки и прочих портновских издевательств со стороны коллеги. При этом она даже и внутренне не испытывала того бурного отторжения, которое было в ней ещё три недели назад.
Отличная динамика.
А сейчас её и вовсе можно счесть полностью здоровой. Дэш так ушла в себя, упражняясь, что фонит от неё чистым незамутнённым спокойствием. Горное озеро, там где нет ни ветра ни дождя и только лазурное небо отражается в ледяной воде... всё-таки плохо приспособлен язык к эмпатическим ощущениям, вечно приходится переходить на метафоры.
Пегаска, между тем, закончила разминаться. Постояла немного, переводя дыхание, потянулась опять же совершенно по-кошачьи. Покрутила головой.
Развернулась ко мне лицом. Резко, рывком. Продолжая метафорить — по спокойному до того озеру разом прошла высокая рябь от подземного толчка, и... И всё.
Пегаска попятилась, не отводя от меня взгляда, отошла к противоположному от меня краю площадки и остановившись медленно качнула головой вниз-вверх. А потом ещё и жест лапкой сделала. Приглашающе так.
Ну что ж... Контактность — она и такая бывает. Посмотрим.
Я прошёлся по траве, утренняя роса приятно холодила босые ноги, вышел на площадку напротив Дэш. Поочерёдно обтёр ступни о штанины, точно так же поклонился. И сделал лапкой.
Мы почти синхронно пошли по кругу, против часовой стрелки, приглядываясь друг к другу. Оценивая. Примериваясь.
Первой напала она. Я сознательно чуть медлил, дав ей зайти слева, и она сделала рывок вперёд, метя правым передним копытом в колено. Я уклонился, она проскочила мимо, едва не приложив на отходе мне уже задним копытом. Ну да, четыре опорные конечности, своя специфика.
Разворот, шаг вбок, ещё один удар — опять мимо. Прыжок, и ещё удар, перьями, потому что прыжок мгновенно превратился в полёт и кончик крыла пытается хлестнуть по лицу. Ещё удар, ещё... целая серия, лазурная молния так и вьётся вокруг меня, всё взвинчивая и взвинчивая темп, и пытаясь прорваться через блоки.
Но то, что для стороннего зрителя, окажись он здесь, выглядело бы размытым вихрем движений, ударов и блоков — для меня было просто красивым танцем.
Да, я сволочь. Этот поединок даже и близко не мог быть честным — Дэш могла сколько угодно рвать жилы и пытаться меня достать, но для моего восприятия её движения были плавными и медленными. Если тебе выдали умение взвинчивать темп личного времени по желанию — это очень полезно. Легко вытворять чудеса и изображать машину смерти, когда все вокруг движутся как улитки. Гораздо труднее в такой вот тренировке не покалечить партнёра — удары-то надо не только принимать, чтобы он не провалился и не догадывался что шансов нет, и с ним просто играют; но, принимая, ещё и смягчать, чтобы не сломать ничего. Когда эта наука освоена до автоматизма — можно уже и понаслаждаться процессом.