- Зачем это всё? - не выдержала его молчаливой задумчивости я. - За что ты так ненавидишь мою семью? Что мы тебе сделали? Что сделала тебе именно я?
Мужчина ещё некоторое время помолчал, а потом негромко ответил:
- Твоя семья разрушила мою жизнь и мне, в прямом смысле этого слова, пришлось начинать жить её заново. Я поклялся отомстить всем, кто, так или иначе, связан с семьёй Корнеевых. Только жаждой мести и жил все последние годы. Сначала я уничтожил ваш семейный бизнес, потом вогнал в долги твоего отца, а ещё позже начал убирать представителей вашей семьи по одному. У меня всё успешно получалось, пока дело не дошло до тебя. Твой отец - черствый, отвратительный человек, который, по большей мере, заботился только лишь о себе. Ты бы видела моё ликование в момент его гибели. Мать, по сравнению с ним, была блёклой тенью своего мужа, которая беспрекословно подчинялась его капризам и прихотям. Та, которая не имеет собственного мнения, не заслуживает жизни. А твоя сестра была взбалмошной эгоисткой. Она на многое готова была пойти, чтобы заполучить богатого ухажёра. Мне это было прекрасно известно, и я с лёгкостью воспользовался её слабостью. Так, что можно сказать твои родственнички расплатились за свои грехи. И только ты выбивалась из этой серой массы ярким пятном. Я чувствовал, что с тобой у меня возникнут проблемы. Ты – другая, и это видно невооружённым глазом. Но клятва должна быть исполнена. Я выбрал для тебя самую безобидную смерть. Ты бы даже ничего не почувствовала.
Говоря последние слова, мужчина наклонился ко мне очень близко, а я не знала, куда мне от него деться, куда спрятаться. Именно сейчас, после этих откровений он был мне ужасно противен, и я не хотела ни видеть его, ни слышать, ни, тем более, касаться.
- Ты больной на всю голову, - выкрикнула ему прямо в лицо я. - Ты сказал, что хочешь мести, но ведь ты сейчас стоишь передо мной - живой и невредимый, а моя семья давно покинула этот свет. Считаешь, это равноправный обмен? Так знай и помни, даже на том свете я не остановлюсь и, с поддержкой моих близких, мы отомстим тебе за всё, что ты сделал.
Мужчина внял моим словам и отошёл от меня. Странно, он уже не казался мне таким же уверенным, как несколькими минутами ранее. Его одолевали сомнения, но, что именно терзало его, я пока не могла понять. Где-то с минуту никто ничего никому не говорил. Я злобно смотрела на моего тюремщика и ждала его вердикта, а ещё размышляла, как мне выбраться из этой передряги и добраться до полицейского отделения. Василий же был где-то далеко от меня в своих мрачных недоступных мне мыслях. Но при этом он не сводил с меня пристального взгляда. Спустя примерно полчаса долгого и томительного ожидания он, наконец, произнёс:
- Сегодня всё будет закончено. Едва ли на город лягут сумерки, как я запущу свой план в действие.
Мне не понравились его слова, и я поспешила выкрикнуть:
- Ничего пить или есть не буду. Лучше помру от голода, чем буду играть по твоему сценарию.
- Твоё право. В любом случае, мой сценарий уже недействителен. Придётся придумывать новый на ходу. И я даже предоставлю тебе шанс на жизнь.
"Шанс на жизнь". Неужели это возможно? Что подразумевает он под этими словами? Неужели одумался и решил меня отпустить? Что-то в это слабо верилось. Он что-то задумал и уверенна, его затея мне не понравится. Мужчина вышел из подвала, закрыв за собой дверь на замок. А я осталась в кромешной тьме, так как свет он тоже выключил, а освещения от небольшого вентиляционного отверстия было недостаточно. Я судорожно соображала, что мне делать дальше. Начну звать на помощь, только больше разозлю Василия, да и никто меня здесь не услышит. Начать рыть тоннель? Да только чем? Голыми руками? Всё равно - не успею. Времени осталось не так много - часов пять от силы, и солнце начнёт клониться к закату. Единственное, что мне оставалось делать - это молиться. Быть может, Господь Бог услышит мои молитвы и на Василия снизойдёт озарение, что так поступать неправильно и грешно. Вот только в этом я сильно сомневалась. Он явное исчадие ада и только дьяволу, наверное, и поклоняется. Ничего более умного я так и не смогла придумать, поэтому села на стул и стала смиренно ожидать своей участи, уповая на чудесное спасение. Жаль, я не главная героиня любовного романа. Её бы из подобной ситуации обязательно бы спас доблестный и отважный герой, мне же рассчитывать на это не приходится. В жизни обычно всё кончается печально, и зачастую зло оказывается сильнее добра. И, кажется, вскоре я докажу это на своём печальном примере.