Охранники Хана небрежно кинули меня в кресло напротив их Господина, словно мешок картошки, и также незримо встали позади меня, однако я всеми фибрами чувствовала, что они рядом, и никуда не собираются уходить. Хан с минуту пристально осматривал меня. Не знаю, что он хотел во мне разглядеть. Меня же за эту долгую минуту какие только мысли не успели посетить. Самая яркая из них и самая правдоподобная, как мне показалось, то, что Василий всё же решил со мной свести счёты. Но чтобы не смалодушничать в этот раз, решил обратиться к криминальному авторитету за помощью. Василий при этом раскладе выйдет чистеньким из воды и, наконец, исполнит свою давнюю месть. А меня, увы, ждёт печальный конец.
От этих мыслей мне стало не по себе. Я сглотнула ком, вставший в горле, и уставилась немигающим взглядом на Хана. Чего он ждёт и почему так меня нервирует? Может, скажет, что ему от меня нужно? Подтвердит или опровергнет мои опасения?
Заговорить первой я не решалась. Вся окружающая обстановка говорила о том, что не я правлю балом и лучше помалкивать, пока меня не спросят. Да и не смогла бы я ничего вымолвить. Мой язык, словно онемел, и не собирался мне подчиняться. Вскоре Хан прекратил свою игру в гляделки и пробасил своим протяжным тоном:
- Вы Дарина Александровна Корнеева, младшая сестра Алисии Александровны Корнеевой?
- Д-а, - протянула я неуверенно.
Мужчина знал моё имя и, что странно, имя моей сестры. Неужели они были знакомы? Это было сложно представить даже в самом кошмарном сне. Где моя сестра, а где этот властитель мира? Однако, по правде говоря, моя падкая на богатство сестрица, вполне могла ухлёстывать за этим криминальным мешком с золотом. В своём желании роскошно и богато устроить свою личную жизнь, сестрица была неумолима и неугомонна.
- Ваша сестра, - продолжил также монотонно, но в тоже время устрашающе вещать мужчина, - задолжала мне крупную сумму денег. Попросила дать ей отсрочку на год. Я согласился. Год прошёл, а Алисия, словно в воду канула. А я не люблю, когда меня кидают и не возвращают мои деньги.
Моё сердце пропустило гулкий удар. Во что ввязалась моя сестра? Чем она только думала, когда обращалась «за помощью» к криминальному авторитету Хану? Явно не своей головой.
Пока я блуждала где-то далеко в своих мыслях, Хан ждал от меня пояснений, поэтому молчать дальше не было смысла.
- Более года назад моя сестра умерла, - сдерживая рвущиеся наружу слёзы, проговорила я. - Я ничего не знала о её долгах. В последние дни её жизни мы не были близки.
Я замолчала, а Хан бесчувственно проговорил:
- Соболезную, Дарина Александровна. Печальная участь постигла вашу сестру.
Хан сказал, что соболезнует, но я нисколечко ему не поверила. Ничего в его лице, взгляде или позе даже не дрогнуло при упоминании смерти моей сестры. К тому же не верю я, что подобные ему личности умеют сопереживать и сочувствовать чужому горю, в чём скоро я и убедилась.
- Но долг вашей сестры всё же придётся вернуть. Там кстати уже набежали проценты, поэтому советую вам расплатиться со мной в ближайшее время.
Мужчина вытащил сигару и закурил её. «Как некультурно в присутствии женщины», - подумала я. Но тут же отбросила эту мысль в сторону. Сейчас больше меня интересовал другой вопрос: почему я должна расплачиваться за долги своей почившей сестры? Я и знать не знала о её долгах и была возмущена до глубины души.
- Я ничего у вас не занимала, - ровно проговорила я. - Вы имели дело с моей старшей сестрой, с неё и спрашивайте. А я ничего возвращать не собираюсь.
После этих слов мне хотелось встать и уйти, громко хлопнув дверью, но грозный взгляд моего собеседника вернул меня с небес на землю. А его следующие слова опустили даже ещё ниже. Пока, правда, лишь в переносном значении этого слова:
- Если не вернёшь долг, то отправишься вслед за своей сестрой, - оскалился Хан своей белоснежной улыбкой, резко сменив тон беседы и уже не был со мной столь учтив и вежлив. - Не советую играть тебе со мной, девочка. Это я могу проглотить тебя и не подавиться, но слишком сомневаюсь насчёт тебя.