Василий удивился моему внезапному всплеску раздражения, но всё же снизошёл до ответа:
- Это мой дом и все двери этого дома всегда открыты для меня.
- Дом может и твой, - парировала я, - а спальня моя. Пожалуй, преподам тебе урок хороших манер. По всей видимости, после аварии и потери памяти, ты их напрочь забыл.
Я понимала, что играю с огнём, но остановиться я уже не могла. Хотелось ужалить мужчину побольнее, чтобы он тоже научился чувствовать чужую боль.
- Во-первых, - продолжила я, - прежде, чем войти в спальню к девушке, нужно постучаться и дождаться разрешения войти. Во-вторых, - необходимо сначала поздороваться, узнать о самочувствии гостьи, а уже потом задавать различные каверзные вопросы.
- А в-третьих, - продолжил за меня мужчина,- девушке не стоит забывать, кто хозяин в доме и на каких правах она в нём находится. И в-четвёртых, - помнить о субординации. Я старше тебя по возрасту и по положению в обществе. Так что прекращай командовать и скажи, наконец, что тебе от меня потребовалось?
Он подошёл ко мне вплотную, стараясь пробуравить своим взглядом. Мне же уже эта игра в гляделки начала надоедать. В конце-то концов, сколько можно вести со мной дуэль взглядами, с которой, в последнее время, обычно начинаются все наши встречи?
- Всё то же самое, - ответила я. - Мне нужна правда, свобода и гарантии того, что ты оставишь меня в покое.
- Какая правда тебе необходима? - спросил, будто не понимал, о чём идёт речь.
- Ты обвинил мою семью в коварном поступке, совершённом против тебя? Что это был за поступок? Когда он произошёл? Что именно совершили мои родители, сестра, я или кто бы то ни было? Насколько я поняла, к аварии моя семья не имеет никакого отношения? Тогда что? Может, просветишь меня, наконец?
Мужчина задумчиво посмотрел на меня, решая говорить или нет. В итоге, он пришёл к выводу, что я не достойна великой чести быть посвящённой в эту великую тайну.
- Если скажу сейчас, то ты мне не поверишь. Это сложно объяснить словами, а ещё сложнее понять. Я расскажу тебе, но не сегодня.
- А когда? - не унималась я.
- Когда придёт время, - расплывчато ответил мужчина.
Полагаю, нужное время не придёт никогда. Если бы тогда в морозном лесу отбросила свои коньки, то уже бы точно знала и не мучалась неизвестностью. А главное, не находилась бы рядом с этим невозможным человеком.
- А что касается всего остального? – не унималась я. - Свободы и гарантии моей неприкосновенности?
Мужчина хитро улыбнулся, придав своему взгляду «хищный оскал», и незамедлительно ответил – очередную гадость:
- За свою девичью честь можешь не переживать. Гарантирую, что без твоего согласия и пальцем тебя не трону.
- Я не об этом, - залившись краской, выпалила я. - И думать забудь о том, о чём подумал.
Мои мысли стали путаться после его компрометирующих слов. Я даже чётко не могла сформулировать свою мысль и построить предложение. Как он мог подумать, что я говорю именно об этом? Как мужчина он меня точно не интересует. Я не собираюсь делить постель с хладнокровным убийцей моей семьи и несостоявшимся моим.
- Хан ищет тебя, пока тебе стоит оставаться в моём особняке. Здесь безопаснее, - пришёл мне на помощь мужчина, причём не только словами, но и делом. Однако я не торопилась благодарить его за это.
- В этом я абсолютно не уверенна, - с издёвкой и прямым намёком заметила я.
- Я обещал, что разберусь с Ханом, а я привык сдерживать свои обещания.
- Как ты собираешься это сделать? Хладнокровно убьёшь его, как и моих родителей? Предупреждаю, ты охотишься на акулу. Играть с Ханом себе дороже. Он не тоже самое, что моя наивная беззащитная семья. Он тебя сожрёт и не подавится.
- Выловить можно любую рыбу, если используешь внезапность, хитрость и неведение твоей добычи. Это я тебе как заядлый охотник и рыболов говорю.
Он ещё и поохотиться любит. И порыбачить. Интересно, что ещё я узнаю о своём бывшем ухажёре и нынешнем враге?
- Ты так и не ответил ни на один из моих. Ты умеешь говорить много, да ещё и загадками, но ничего по существу.
- Я ещё не решил, - добил меня своим ответом Василий.