Ниирк немного переживал из-за презрительного отношения лазгов к его расе. Но кварг разъяснил тому, что многие обитатели столицы Высокой Империи даже не посмотрят в его сторону. Тем не менее, с трудом удалось снарядить толианина, разрешив ему надеть балахон, скрывавший насекомоподобную голову. Эсхатон же был настроен решительно. Он собирался освободить Суру и надеялся, что такой ход событий будет выгоден ведорам, так как без их помощи в этой ситуации он не сможет довести до конца свою миссию. Ну, а если они с Ниирком попадут на арену, то и подавно можно забыть о спасении расы толиан.
Так, питая некоторые иллюзии по поводу своих возможностей, гуманоиды попали на планету. Транстелепортационное перемещение, как всегда прошло удачно, но неприятный осадок от риска попасть в место назначения по кускам еще остался. Теперь необходимо связаться с сенатором Шорги и назначить встречу. Информационное бюро предлагало записать их на прием через две недели. Это было неприемлимо. Поэтому Эсхатон узнал, где живет сенатор, и они с Ниирком направились искать транспорт. Найти такси не составило труда. Но к удивлению гуманоидов оно оказалось не полностью автоматизированным. Еще надо пояснить, что транстелепортация так и не смогла заменить другие виды транспорта, из-за опасности перекрестного столкновения телепортируемых объектов. С орбиты на планету по прямому пути — пожалуйста. Но на поверхности, по множеству пересекающихся траекторий, через миллионы препятствий — слишком рискованно. По старой привычке транспортное дело отдали на откуп водителям, что являлось нонсенсом у большинства рас. Но факт оставался фактом. Час езды к месту назначения (а поместье находилось на другой стороне большой планеты) по гиперскоростному туннелю они провели в компании сутулого лазга.
— По каким делам к нам? — спросил таксист.
Хотя цель их визита и не являлась тайной, но надо было соблюдать осторожность.
— Давно хотели посмотреть на вашу красоту. И как раз подвернулся повод — дела. — Эсхатону вообще начинало казаться, что толку от конспирации уже никакого. Их все равно вели как домашних животных на забой.
— О да! Посмотреть здесь есть на что!
И правда, вокруг раскинулись живописные просторы. Хотя Лазгус был полностью урбанизирован, но растительность все же сохранилась в виде оплетающих высокие строения мелколистных ярко-зеленых растений. На экран гипертакси передавалась обработанная картинка снаружи. А иначе, по причине высокой скорости невозможно было бы полюбоваться окрестностями. Гордые уходящие в небеса замки, соседствовали с огромными жилыми комплексами, в которых все подчинялось архитектурной связанности и орбитальной видимости. На Лазгусе предпочитали только наземный транспорт. Наверное, это опять же жертва картине планетарного масштаба. Поэтому небо было свободно от посторонних предметов, а проекционное освещение не мешало любоваться его голубизной.
— Так чем вы занимаетесь? — не унимался водитель. В общем то, ему особо нечего было делать в почти полностью автоматизированном автомобиле. Разве что следить за направлением движения и держать импровизированный руль, отдавая дань традиции и симулируя старину.
— Ну, ты, наверное, знаешь, чем должны заниматься кварги-мужчины, посвятившие себя Кодексу? — У Эсхатона не присутствовало ни малейшего желания рассказывать сейчас историю своей жизни.
— Да, но меня всегда интересовали подробности, — таксист не понял намека.
— Знаешь, я бы сейчас лучше послушал что-то интересное о сенаторе Шорги, — решил отвязаться от общительного лазга кварг. И в самом деле, это необычно, что водитель проявлял такой интерес. Видимо он принадлежал к самым низам лазгийского общества, так как не выказывал высокомерия.
— Давай так. Я тебе о сенаторе. Ты мне о себе, — предложил лазг золотую середину.
— Ладно, расскажи каково его влияние? — принял кварг предложение.
— Ха! Да его имя говорят шепотом, чтобы ненароком не накликать на себя беду. Если вы собрались иметь с ним дело, то несколько раз подумайте — потяните ли свою часть сделки. Иначе вас ждут не лучшие времена.
— Чем же он так опасен?
— У Шорги много связей. Проблемы свои он привык решать быстро и беспощадно. Тот, кто стоит на его пути, долго не задерживается среди живых. Это все знают наверняка.
— А разве у вас лазгов не обязаны все строго следовать законам Империи? — решил показать свою осведомленность толианин.
— Так то оно так, но сенатор особа высокая и ему позволено многое, что не дозволено другим. Это раз. А два — то, что все зависит от благосклонности нашего священного императора Хироса. Кто приближен, тому нечего бояться, а кто успел попасть в немилость, тот труп.