— Вот же стерва! — чуть побледнел Олег, то ли от осознания того, что по лезвию бритвы прошел, то ли от новой порции злости.
— Ладно, сейчас станет легче. — Асеева припечатала ему ко лбу свою прохладную ладонь, уставилась в глаза и что-то прошептала.
По телу Олега пробежали мурашки, на секунду кольнуло в висках, а следом за тем появилось ощущение, что с его плеч точно гора свалилась. И дышать стало легче, и мир стал ярче, и из головы тяжесть ушла.
— Ф-фу, — выдохнул он, — отпустило. Спасибо тебе.
— Но это все, чем я могу тебе помочь, — с сожалением произнесла Асеева. — Извини. Девку эту я не знаю, под кем она ходит, соответственно, тоже. И уточнить не смогу. Ты же в курсе, какие у меня отношения с хозяйками ковенов.
— Никаких, — согласился с ней Ровнин. — Хотя, как по мне, это лучше, чем на ножах.
— Все относительно.
— Да я и не за тем приезжал, — пояснил Олег. — Мне надо было понять — ведьма она или нет. Ты ясность в вопрос внесла, а дальше я сам. Сейчас мне местные безопасники фотографию ее распечатают, а я уж знаю, кому ее показать.
— К Иволгиной поедешь? — поинтересовалась женщина.
— Не-а, — мотнул головой оперативник. — К Звягиной, в Замоскворечье. С Марфой я теперь без особой надобности не общаюсь. Ну ее.
Вот тут Олег не то чтобы соврал, скорее, всей правды не сказал. К Иволгиной он и в самом деле не собирался ехать, но причина была далеко не в банальном «ну ее». Тут имел место воспитательный момент. Ну да, конечно, подобное звучит странно — где Ровнин и где матерая ведьма Марфа, которая таких сопляков, как он, на завтрак ест, причем не исключено, что в самом буквальном смысле.
И тем не менее это был именно он. Олег всегда снимал трубку, когда Марфа звонила ему, но ответы на любые вопросы и предложения были лаконичными, безынтонационными и почти всегда отрицательными. Во время казни двух ведьм он с удовольствием общался с главами четырех ковенов, и только Иволгиной за все время, что длилось действо, сказал лишь «добрый вечер» и «до свидания». Ну а когда ее подопечные чуток перегнули палку с одним прыщавым пареньком, который хотел женской ласки, а вместо этого потерял пяток лет жизни, он договорился с Морозовым, чтобы те не получили за содеянное по полной, выслушал «спасибо» Марфы, ничего не потребовал в ответ, вежливо попрощался и повесил трубку.
Но при этом он очень старался, чтобы его поступки не было восприняты противоположной стороной за поведение маленького мальчика, который назло бабуле решил отморозить уши, и пока вроде у него все получалось. Правда, грань между деловым игнорированием и блажью в данном случае была крайне тонка, и иногда балансировать на ней становилось трудновато.
— Правильно, — подумав, кивнула Асеева. — Я слышала, у нее в ковене дела идут не очень. Товарки Клавдии, видишь ли, состарились совсем, в маразм впадать начинают, потому она перспективную провинциальную молодежь в Москву подтягивает. Надо же кому-то силу на себя принимать, верно? С иногородними в этом плане проще, они не зажравшиеся приезжают, без столичных закидонов. Да и ума ей не занимать, если это кто-то из ее свиристелок напортачил, она тебе ее сразу выдаст.
— Надеюсь, — признался Олег. — Ладно, пойду. Время сейчас против меня работает.
— Убьешь ее? — остановил его вопрос Кристины на самом пороге.
— Не знаю пока, — не поворачиваясь, ответил Ровнин, — но не исключаю такой вариант.
— Станешь горло перерезать, в глаза не смотри и рот ладонью зажми, чтобы предсмертное проклятие не зацепить, — посоветовала ведьма. — Знаю, что ученый, но…
— Спасибо, — вернулся к женщине Олег и неожиданно для себя самого обнял ее.
— Ой, ладно, — оттолкнула его Кристина, улыбаясь. — Все, иди. Мне еще товарные накладные надо проверить. Чую, крутит что-то один из поставщиков. И если я права, то мало ему не покажется.
Может, дело было и в поставщике, но Ровнину показалось, что ведьма смутилось, что с такими, как она, происходит нечасто, по крайней мере, не понарошку, а искренне.
А тут притворством явно не пахло.
С тем, чтобы добыть фотографию ведьмочки Ники, сложностей никаких не возникло. Звонок Киселеву — и через пять минут Олега уже вели в святая святых местной охраны, а еще через десять он держал в руках три листка, на которых разыскиваемая особа была изображена в фас, в профиль, пусть и условный, а также в компании с непосредственно Ровниным. Последний снимок в планы Олега не входил, но начальник службы безопасности торгового центра, мужик сильно крученый и, похоже, не так давно ходивший по Лубянке в кителе, на котором красовались погоны с двумя просветами, велел его сделать непременно, добавив коротко: