И дело было не в том, что с годами Олег становился «законником-буквоедом» или переметнулся к тем идеалистам, что ратуют за правду до талого и орут про хрестоматийную слезинку ребенка. Нет, никакой лирики, просто чем дальше, тем больше он понимал, насколько был прав Францев, говоривший о том, что в мире Ночи репутация для сотрудника отдела — это всё. Это уважение, это возможность узнать то, что другим не под силу, это шанс избежать никому не нужной стычки. И, что самое главное, возможность куда лучше защищать людей от ночного мрака и тех, кто в нем обитает.
Да, всех спасти не получится. Но если его репутация сохранит жизнь хотя бы одному человеку, то это уже очень немало. И ради этого стоит тратить время и силы.
Ну и потом — очень сильно Олег сам себе в этом костюме нравился. Ну да, звучит нескромно, но это же правда?
— Здрасьте! — раздался голосок, принадлежавшей симпатичной русоволосой девушке, которая заглянула в магазин. — А тут только мужская одежда, да?
— Только мужская, — подтвердила Кристина, внимательно глянув на посетительницу. — Так что ничем вам помочь не можем. Всего доброго.
— Может, мне подарок парню надо сделать? — бойко отозвалась та. — На день рождения.
— Думаю, среди наших товаров ничего такого, что бы ему могло подойти, — сказала как отрезала Асеева. — У нас дорогой магазин. До свидания.
— Ой-ой-ой, — протянула девушка, подмигнула Олегу и покинула магазин.
— Эдак ты всю клиентуру распугаешь, — заметил Ровнин, поправляя воротник. — Продажи упадут.
— Мой покупатель от меня никуда не денется, — заверила его ведьма. — Ну что, красив! Хоть под венец веди!
— С чем-чем, а с этим не спешу.
— Ну и зря. Вон хоть бы на Лизу мою внимание обрати. Умна, расторопна, красива.
— Не с моей зарплатой, — усмехнулся Олег. — Не потяну я такую, как она.
— Деньги не всегда главное, — назидательно произнесла Асеева, — тем более она сама хорошо зарабатывает. Я на персонале не экономлю.
— Тем более не мой вариант, я же еще и самолюбив. Нет, моя судьба где-то среди бюджетниц ходит. Возможно, даже погоны носит.
Ну а через десять минут он покинул магазин, причем, выйдя из него, почти сразу наткнулся на недавно упомянутого Алексея Юрьевича Киселева, который всего каких-то лет пять назад отзывался на кличку «Ржавый» и ходил в пристяжи у братка с погонялом «Мотор».
Впрочем, на данный момент в огромном здании торгового центра о сём пункте биографии человека, который тут рулил всем, знали, скорее всего, только двое — непосредственно Олег и начальник службы безопасности. А если еще кто был в курсе, то точно про это предпочитал помалкивать, чтобы не лишиться рабочего места.
Да и по внешнему виду Киселева никак нельзя было сказать, что он когда-то участвовал в разборках и бейсбольными битами чьи-то тачки рихтовал. Летний костюмчик от «Бриони», стильная однотонная рубашка, мягкие бежевые мокасины, золотой перстень с демократичным агатом на мизинце правой руки, наметившаяся лысинка на пару с брюшком и несколько сотрудников, стоящих за спиной и ловящих каждое слово, — как есть преуспевающий бизнесмен новой формации. И глядя на бывшего «Ржавого», даже нельзя было подумать, что он лишь управляющий, который представляет интересы очень влиятельных людей, вложивших в этот торговый центр немалые деньги. Как за два года он сумел пройти путь от «разводящего» нефтяной компании до столь весомого поста, Олег понятия не имел, но вот что есть — то есть.
Впрочем, он и не сильно интересовался, потому что не про все скелеты, висящие в шкафах твоих знакомых, следует знать. Просто, если это произойдет, велик шанс остаться без круга общения вовсе.
— О, здоро́во! — обрадовался Ровнину бывший бандит и первый протянул ему руку. — Ты тут какими судьбами?
— Да вот, приодеться заехал, — Олег показал ему пакет, на котором был изображен фирменный знак магазина Кристины, — лето на носу.
— Правильно, — одобрил услышанное Алексей и окинул его взглядом. — Согласен, вещички что надо. Хотя у твоей знакомой «паленого» товара вообще не бывает, это факт. Не то что у некоторых фуфлыжников, которых я отсюда ссаными тряпками, бывает, гоню. Да и в целом она баба правильная, хоть и суровая.