Все они — её дети. Именно это Демельзе порой казалось таким ошеломительным и потрясающим. Их с Россом дети, плоть и кровь, следствие их союза и плоды любви. Все зёрнышки взошли и выросли по-разному, каждый украсил семью и дом по-своему. А дома остался четвёртый, мальчик по имени Генри, или Гарри, как его прозвали, которому нет и семи месяцев, радостно агукающий, ещё одна новая веточка, который, будем надеяться, вырастет и дополнит этот квартет таких разных людей, но связанных родством и фамилией. Настоящее чудо из чудес.
Никто и не утверждал, что у двух старших детей нет проблем, наоборот, все понимали, что их станет только больше: такова жизнь, состоящая из трудностей, их преодоления и повседневных забот.
Джереми поднялся наверх, с нетерпением сломал печать письма и нахмурился, потому что не узнал почерк. Он поднёс листок к окну и в сумеречном свете прочёл:
Уважаемый сэр!
За последние несколько месяцев я слышал от друзей, что Вы разрабатываете или пытаетесь разработать паровой экипаж для использования на наших дорогах. Эта проблема волновала меня всю жизнь, и я буду очень признателен, если Вы поведаете о своих успехах. Я дважды встречался с мистером Тревитиком и восхищён его гением в области механики и науки.
Я доктор, младший партнер доктора Эйвери в Уэйдбридже, откуда вам и пишу, и, увы, соглашусь, этот город находится далеко от мест, где проводятся эксперименты. Однако мой дядя — викарий прихода Сент-Эрт, я несколько раз его навещал, а также удостоился чести познакомиться с мистером Дэвисом Гидди и мистером Генри Эндрю Вивианом из Кэмборна, которые и рассказали мне о Вас.
Особенно мне хочется узнать, как именно Вы собираетесь справиться с проскальзыванием колес, а также не приходило ли Вам в голову, что разрыв котлов не всегда связан с давлением пара, а может произойти из-за распада воды? Разве водород в сочетании с азотом и кислородом не может образовывать взрывчатое вещество?
На эти и многие другие вопросы я хотел бы выслушать Ваше мнение, и если разработка Вашей машины вышла на достойный уровень, то я почту за честь её увидеть.
Если Вы готовы встретиться, то я могу приехать в Труро в любую среду, лучше утром, и мы всё обсудим. Хотя мистер Тревитик пока отказывается верить, я твёрдо убежден, что в этой области есть огромные коммерческие перспективы, причём уже не за горами. Паровые экипажи — будущие транспортные средства всей страны.
Имею честь, сэр, быть Вашим покорным слугой,
Дж. Гарнер
Джереми повертел письмо и, умей он зловеще улыбаться, непременно так бы и поступил. Мистер Гарнер, или как его там, доктор Гарнер, чуть опоздал. Джереми положил конец попыткам построить новый паровой экипаж уже больше года назад, когда Тревитик неожиданно заявился к нему в литейный цех Харви, осмотрел строящийся экипаж и заявил о его непригодности: слишком тяжёлый, с котлом устаревших размеров. Разумеется, Тревитик постарался смягчить удар, но по его замечаниям было понятно, что эта машина, по его мнению, всего лишь юношеская блажь, обречённая на провал.
Порой мысли о создании парового экипажа и стремление попытаться снова не давали Джереми покоя по ночам. По мнению Стивена, причина крылась в том, что пусть мистер Тревитик и выразил недовольство, но это не значит, что следует положить конец замыслам; или, как сказала Кьюби во время прошлогодней счастливой встречи, негоже истинному изобретателю сдаваться после первого же провала.
И всё равно доктор Гарнер опоздал: январские события этого года крепко засели у Джереми в голове. Он бы не отказался изменить кое-что в собственной жизни, но медленно развивающийся мир техники и изобретений, по-видимому, не входит в этот круг.
Так что краткий ответ мистеру Гарнеру вежливо закроет вопрос.
В сундуке под окном лежали все бумаги, которые Джереми накопил за годы увлечения паровыми машинами: газеты, журналы его юности, наброски и рисунки последних лет, наряду с расчётами и сметой расходов, которые он бегло записал в первое посещение Хейла и когда нашёл котел для своего экипажа. После встречи с Тревитиком прошлой весной он приложил последние наброски поверх остального и захлопнул крышку. Открывал он сундук только для того, чтобы вытащить всякие бытовые мелочи. И вот Джереми снова распахнул крышку и стал копошиться в рыболовных крючках, карандашах, начатых набросках, старых газетах, и, наконец, вытащил вырезку из «Шерборнского вестника» начала 1803 года. Первая вырезка, которую он решил сохранить.