О небо! Как несправедлива судьба, и как ужасно, что ничего уже нельзя вернуть назад — ничего! Впереди только пустота и неизвестность — целый век пустоты! Но самое страшное, что уже никогда не воскресить погибших ребят. А я живой, лежу под этим высоким, солнечным небом, не имея на это никакого права!..
Тяжело поднявшись с земли, я снова посмотрел на белоснежную эстакаду и дома за ней, и стал медленно спускаться вниз по склону холма.
В павильоне с матовой полупрозрачной крышей, затерявшемся в тени ливанских кедров в самой глубине парка было безлюдно. Я специально отыскал самую уединенную кабину с визиофоном, но и здесь я чувствовал себя неуютно, боясь попасться на глаза случайным прохожим. Поэтому мне пришлось подняться наверх, на открытую веранду, где тоже была кабина с визиофоном.
Экран вспыхнул голубыми искрами и тут же засветился ярким белым светом. В правом верхнем углу его читалась цифра «пять» и буква «А». Это означало, что автоматический информатор включен и готов к приему сообщения.
— Центр распределения трудовых ресурсов, пожалуйста! — четко произнес я.
Над пятеркой тут же загорелся красный огонек, затем на какое-то мгновение изображение на экране померкло и сразу же развернулось панорамой обширного зала со стеклянной стеной, за которой простирались необъятные дали голубого горизонта. Прямо по центру зала под изогнутым дугой крылом больших экранов сидели несколько девушек, одетых в одинаковые бело-голубые платья с эмблемой ЦРТР на груди. В следующую секунду камера приблизила одну из них — белокурую и загорелую, — и я оказался один на один с диспетчером распределительного центра. Девушка оторвала взгляд от небольшого дисплея на столе и подняла на меня большие васильковые глаза. Приветливо улыбнулась.
— Дежурный оператор Сандра Чейви. Слушаю вас!
— Я хочу отправиться добровольцем в какую-нибудь отдаленную звездную колонию Трудового Братства, где можно найти тяжелый физический труд.
— Вас, наверное, интересуют новые колонии? Из тех, что недавно заселены? — журчащим голоском поинтересовалась девушка-оператор.
Я, молча, кивнул.
— Прекрасно! — сразу же оживилась она. — Таких три. Хотите посмотреть?
— Н-нет…
На миловидном лице моей собеседницы отразилось легкое удивление. Впрочем, оно тут же уступило место деловой сосредоточенности.
— М-м… Мне хотелось бы поподробнее узнать ваши предпочтения, тогда я смогла бы дать вам более полную информацию. Но если вы не считаете нужным говорить, то…
— Простите, — вежливо прервал я ее. — Возможно, я был неточен. Меня интересует как можно более отдаленная колония, наличие там тяжелой работы и, по возможности, скорый отлет. Больше ничего.
На этот раз девушка-оператор не смогла скрыть своего удивления. Она посмотрела на меня с тревогой и ожиданием. Затем решительно сказала:
— Ну, что ж! Тогда вам подойдет колония СНР-646/12, в просторечии именуемая «Фаэта-2». Она находится в системе Омикрон Кита, двенадцать парсек от Земли — это почти на пределе расселения людей вне Солнечной системы. Там добывают кристаллы иридия, и как раз требуется тяжелый физический труд.
— Прекрасно! Меня устраивает.
— Но, к сожалению, — поспешила добавить она, — очередная группа добровольцев только формируется и отправится туда не раньше чем через три-четыре месяца. Вам придется пройти испытания на Учебном Полигоне вместе с остальными.
— Насчет этого можете не беспокоиться. Я имею специальную подготовку и допуск к самостоятельным полетам в космосе.
— Да? — Сандра Чейви взглянула на меня с нескрываемым интересом. Произнесла в раздумье: — Как же вам помочь? Может…
Видимо, какая-то мысль пришла ей в голову. Она снова посмотрела на меня.
— Знаете что? Восьмого сентября туда летит грузовой ракетоплан. Он доставляет продовольствие и научное оборудование. Может быть вы…
— Я согласен лететь на грузовом!
— Правда? Вот и хорошо! Значит, мы с вами все-таки нашли выход? — искренне обрадовалась девушка.
— Когда отправляется этот корабль?
— Восьмого, в двенадцать тридцать. Бортовой номер корабля четырнадцать пятьдесят три. Экипаж будет предупрежден о вас.