— А как вам удалось спастись в той катастрофе? — неожиданно спросил седовласый незнакомец, и остановил на мне свой рыбий взор. Голос у него был неприятный, слегка дребезжащий. Мне показалось, что именно он задает здесь тон, а не этот Эвид, которого Илви представила, как руководителя экспедиции.
— Я спасся на плайере, но в нижних слоях атмосферы сработала система аварийной отстыковки кабины, и меня катапультировало. Так что я остался без связи и всякой надежды на спасение.
На бескровных губах пожилого промелькнула слабая улыбка, совершенно не вязавшаяся с его, словно вырезанным из дерева, лицом. С видом самодовольного спокойствия он откинулся в своем кресле и бросил короткий взгляд в сторону Эвида. Тот задумчиво посмотрел на меня, ковыряя пальцем поверхность стола.
— А что это за колония СНР-646/12? Разве на Омикрон Кита есть земные поселения?
— Уже около двадцати лет! Там идет активная разработка полезных ископаемых, и строительство планетарных станций… Вы об этом не знаете?
Эвид не ответил, только как-то странно посмотрел на меня.
— Хорошо. Значит, вы хотите присоединиться к нам… к нашей экспедиции?
— Разве у меня есть иной выход? Мне хотелось бы, чтобы вы сообщили обо мне на Землю в ближайший сеанс связи. Они вышлют за мной спасательный корабль. Так что, думаю, месяца два-три мне придется погостить у вас… Ведь других земных поселений здесь нет?
— Нет, — утвердительно кивнул Эвид, что-то напряженно обдумывая. — Но есть одно обстоятельство… — медленно заговорил он. — Оно может несколько усложнить ваше пребывание здесь.
— И что же это за обстоятельство?
— Мы испытываем некоторые трудности с размещением людей. Запасы экспедиции истощены и мне приходится…
— Он будет жить у меня! — Илви выступила вперед, прервав его осторожные объяснения.
Эвид поднял на нее глаза, и я увидел, как в них промелькнула скрытая злоба и гнев. С досады он даже слегка прикусил губу. Илви в упор смотрела на него, и казалось, она была довольна его реакцией. Наконец, Эвид овладел собой, и слащаво улыбнулся нам обоим.
— Ну, вот и хорошо! Тогда все устраивается как нельзя лучше. Вам очень везет, Новак!
Он поднялся, давая понять, что на этом наш разговор закончен. Илви потянула меня за руку к двери переходного тамбура. Всю обратную дорогу она молчала и лишь, когда мы оказались за прочными стенами ее домика в теплой и светлой комнате, она облегченно вздохнула.
— Наконец-то!
Я внимательно посмотрел на нее, ожидая объяснений, но она равнодушно прошла мимо и принялась стелить постель.
— Может быть, ты объяснишь мне, что все это значит?
Я наблюдал за ее точными, быстрыми движениями.
— Что именно?
— Всю эту таинственность, которой вы здесь себя окружили, эти недомолвки… Ты думаешь, я ничего не замечаю?
Илви закончила стелить постель и теперь стояла над нею, оценивая проделанное. На мои слова она никак не отреагировала.
— Илви!
— Ну что? — Она, наконец, повернулась ко мне, и устало посмотрела мне в глаза. — Тебе действительно не терпится докопаться до всего сразу? Такой нетерпеливый, да?
— Как это понимать? Я все-таки впервые вижу всех вас, и мне хотелось бы…
— И что с того? — перебила она меня и пожала плечами. — Все равно у тебя нет другого выхода! Наберись терпения и жди.
— Ждать? Чего?
— Послушай, давай ложиться спать? Я страшно устала сегодня, а тут еще ты со своими расспросами!
Она снова осмотрела постель и присела на самый краешек. Взглянула на меня выжидательно.
— Отвернись-ка! Мне нужно переодеться.
Я прошел в дальний угол помещения, раскрыл свой БЖО и достал спальный мешок с матрацем. За спиной у меня послышался шорох снимаемой одежды и легкая возня.
— Погаси, пожалуйста, свет! — попросила она.
Я посмотрел на нее. Илви лежала, заложив руки за голову. Простыня, накинутая на нее, почти ничего не скрывала. С чего это она стала такой скромницей? Зеленые глазищи ее светились, как у кошки.
Я, молча, расстелил на полу у противоположной стены надувной матрац и, погасив свет, залез в спальный мешок. Комната погрузилась в теплые сумерки, и только сигнальный огонек над входной дверью горел пристальным оранжевым глазком.
— Послушай, Илви, а почему у вас в экспедиции такое старое оборудование? Все здесь выглядит, словно из музея космонавтики.
В темноте послышалось шуршание ее простыни. Судя по всему, она повернулась в мою сторону.
— Ты шутишь? — неподдельно изумилась она. — Сейчас все экспедиции оснащены так же, как мы! Или ты хочешь сказать, что за прошедшие три года изобрели что-то кардинально новое?.. Хотя, кое-что из твоего снаряжения мне тоже показалось странным.