— Как так? — изумился мужчина. — Не разыгрывайте меня! Я же вижу, что вы астронавт! — у него был тот же странный акцент, что и у обитателей лагеря добровольцев, с преобладанием в речи англоязычных корней. — С какого вы корабля?
— Рэй! — девушка-штурман придержала его за локоть.
Они обменялись взволнованными взглядами. Я снова собрался что-то сказать, но мужчина опять оборвал меня.
— Как вас зовут? Давно вы с Земли? Ох, Земля, Земля! Простите мне мою неучтивость, но я так давно не был на Земле! — Он все-таки не удержался, схватил мою руку и жадно затряс ее в приветствии. Глаза его светились радостью.
— Мое имя Максим Новак. Я действительно прилетел с Земли, но… Наверное, я огорчу вас, сказав, что никакой корабль на планете не садился? Шесть месяцев назад ракетоплан, на котором я летел, потерпел аварию в этой солнечной системе. Мне одному чудом удалось спастись, а двое моих товарищей погибли…
В глубоких серых глазах девушки-штурмана появилось сожаление.
— Как? Значит, вы тоже здесь волею случая, как и мы? — с печалью в голосе спросила она.
— И вы тоже?
— Да, брат! — тяжелая рука мужчины по имени Рэй легла мне на плечо. Брови его нахмурились. — Мы тоже потерпели катастрофу. Похоже, это солнце таит в себе какую-то темную силу… Но теперь наш корабль почти в полном порядке! — добавил он и спохватился. — Что же мы здесь стоим? Идемте в кают-компанию! Дэйси! — повернулся он к девушке-штурману. — Позови всех и предупреди Павла Зарева о том, что у нас гость с Земли.
— Постойте, постойте! — встрепенулся я. — Как вы сказали? Павел Зарев?
— Да, — кивнул мужчина. — Это начальник нашей экспедиции. Я капитан корабля Рэй Скэлиб, а Дэйси Свит наш второй штурман. «Черный Гром» направлялся в колонию СПМ 6445-А3252 в системе Росс 614… А вы были раньше знакомы с Заревым? Тогда вы должны были слышать о нашей экспедиции!
— Нет, не совсем… Что-то у меня в голове совсем все перепуталось… — Я провел пальцами по лбу, стараясь собраться с мыслями.
— Ну что же вы встали? Идемте в нашу кают-компанию!
Рэй Скэлиб открыл овальную дверь, из которой вышел, и легонько подтолкнул меня. Мы оказались в длинном узком коридоре, по которому направились глубь корабля. Дэйси Свит пошла в противоположную сторону и вскоре скрылась за одной из таких же овальных дверей. Капитан корабля вел меня через какие-то отсеки, а я украдкой рассматривал своего спутника, обдумывая, как рассказать им все случившееся и с ними, и с их товарищами, и со мной. Он был крепок и широк в плечах. Лицо его с высокими скулами казалось твердым, словно вырезанным из камня. Взгляд был сосредоточенным и даже хмурым из-за сдвинутых у переносицы бровей. Но в следующее мгновение Рэй Скэлиб улыбнулся мне — приветливо и открыто — и лицо его преобразилось: исчез суровый командир корабля, а остался добродушный, немного усталый человек с живыми и умными глазами. От его улыбки на душе у меня сделалось легко и радостно, и я почувствовал облегчение, как будто после долгого и трудного пути я, наконец, встретил старых добрых друзей.
Мы поднялись на палубу с жилыми каютами, а затем еще выше. Безлюдье и тишина, царившее здесь, поразили меня. Заметив мое удивление, Рэй Скэлиб пояснил:
— На корабле нас только пятеро. Это те, кто остался в живых после катастрофы. Остальные десять человек экипажа погибли. Мы оставили их тела в холодильной камере в надежде когда-нибудь вернуться на Землю и с честью похоронить их на родной планете.
Он замолчал, задумчиво глядя в пространство перед собой, затем добавил:
— Мы везли с собой команду добровольцев для новой колонии. Во время столкновения с астероидом им удалось спастись на трех челноках и высадиться на планете… Но мы не знаем живы ли они теперь. С тех пор нам ничего не известно об их судьбе. Думаю, они нас тоже считают погибшими.
— Я знаю, что с вашими товарищами.
Командир «Черного Грома» стремительно повернулся ко мне. Его взволнованный взгляд торопливо ощупывал мое лицо.
— Вы? Но откуда? То есть, я хочу сказать, как вы могли…
В это время в конце коридора открылась тяжелая бронированная дверь, и на пороге появилась Дэйси. Она внимательно посмотрела на нас и отступила в сторону. За ее плечом я увидел округлое помещение, выдержанное в голубовато-серых тонах. Обивка стен, стилизованная под красное дерево, перемежалась с рядами больших экранов. Мягкие кресла и диваны дополняли интерьер помещения, придавая ему домашний уют. Я понял, что мы пришли в кают-компанию. В центре помещения, опершись о спинку кресла, стоял мужчина в синем летном комбинезоне. Внимательный взгляд его серовато-зеленых глаз остановился на мне, а блуждавшая на губах улыбка выдавала легкое волнение. На вид ему можно было дать лет пятьдесят-пятьдесят пять. Слегка одутловатое лицо его выглядело таким же усталым, как и у Скэлиба, а широкий шрам над правой бровью придавал ему решительный и суровый вид. Мне почему-то вспомнилась рана на голове Эда Тернера, которую я ему перевязывал во время аварии.