— Мой дед был коммунистом. Еще с советских времен. Заслуженный строитель республики. Его уже нет, умер через месяц после моего ареста.
— Сочувствую.
— Рассказывал, как Брежнев приезжал в Нурек, как встречался с людьми. Как за руку здоровался с ним. А потом в Москве его орденом Ленина награждал.
— Нынешние власти сволочи. Такую страну уничтожили... — сказал Иван.
— Согласен. Старшие говорят — при Союзе всем было лучше, жили как одна семья.
— Не то слово. Особенно если речь о Средней Азии. Идиоты бубнят, что Россия туда богатства спускала, а сама нищая жила. Но это не так — правительство вкладывало в южные республики, первоначально промышленно неразвитые, чтобы отдачу получить, ради всех... Если интересно, могу подробно рассказать, что и как. Вижу, что есть интерес у тебя, я заметил, что ты все эти вечера про Парагвай слушал.
— Ну да, интересно, спасибо...
— Заходи тогда, будем вместе обсуждать, пытаться понять, что происходит в мире.
— Хорошо, — сказал Рахим.
В главном начальственном кабинете КОКСа сидели оба Белякова. Был разгар рабочего дня. Речь шла о ликвидации очередной молодежной антифашистской группы.
Вдруг отец сказал:
— Билл письмо прислал...
Вчитался — и изменился в лице.
— Владик... Этого не может быть...
— Что такое? — встревоженно спросил сын.
— В сообществах «Кью-Анон» вчера появилось сообщение. Вот оно полностью...
«Доводим до всеобщего сведения, что 7 сентября 2020 года в окрестностях Гавайских островов на яхте "Затмение", которая принадлежит одним из реальных правителей России, руководителям тайной полиции отцу и сыну Андрею Белякову и Владиславу Скворцову, произошло чудовищное преступление. Скворцов узнал о том, что на яхту прибудет его невеста, британская графиня, после чего немедленно избавился от своей малолетней сожительницы Ксении Самойловой, 13 лет. Он привязал ее к статуе, которая изображает "божество" правителей России. Идол обычно скрыт под кормовой палубой, и когда необходимо, люк отодвигается, и статуя поднимается. Скворцов вырезал ножом на спине девочки ритуальные рисунки и надписи, после чего принудил броситься за борт. Жертва была съедена акулой. При казни присутствовал Андрей Беляков и заместитель руководителя офиса директора Национальной разведки Уильям Бутчер, военный преступник, участник резни мирных вьетнамцев в Сонгми и резни мирных граждан США в Джонстауне, Гайана. Также там присутствовал сын Уильяма Бутчера Рональд. Бутчер-младший возглавляет группу при директоре Национальной разведки, которая курирует убийства инакомыслящих и опасных для правительства активистов в США и в странах, зависимых от США. Просьба распространить везде».
— Ни ... себе... Подписи, конечно, нет? — спросил Влад.
— Нет.
— Так что же это? — Скворцов глянул на отца округлившимися глазами.
— Бутчер этим занимается. Яхта сейчас в Лонг-Бич... Может, конспирологи чертовы сумели внедрить кого-то. Если даже при Трампе охранник демонстративно красовался с эмблемой. Персонал яхты сейчас штатовский... А если скрытая камера? Черт...
— Скоро это появится и у нас. Как я понимаю, локализовать не удалось.
— Нас выручит то, что содержание выглядит, прямо скажем, абсурдным даже для тех, кто привержен этому. Так что особо гнать волну не будут. Могут даже подумать, что специально такое вбросили, чтобы само это движение дискредитировать и выставить недоумками. Там порой различные анонимы и не такое выдают, если внимательно приглядеться, целое соревнование полета фантазий. Нужно только постараться, чтобы, когда это дойдет до России, никто не совал нос. Оставить это вне мейнстрима. Нужно проинструктировать всех лидеров мнений, чтоб этой темы не касались.
— Угу, — сказал Влад. — Но... откуда всё же? И про Смирнова тоже сливали, у нас.
— Надо разбираться. На самом деле это крайне тревожные сигналы. Против нас кто-то копает. Кто-то очень умный и хорошо оснащенный. Но кто?
Подполковник Степан Могильный, выросший из лучшего, то есть наиболее рьяного и непримиримого к оппозиционерам, оперативника и «исполнителя» КОКСа в заместители начальника отдела, проснулся с каким-то странным недомоганием.
Всё тело ломило. Мучила одышка. Ощущалась сильнейшая усталость и разбитость. И была уже, несмотря на утро, явно повышенная температура.
— Черт... Ковид, ... Подцепил всё же... — пробормотал Могильный.
Позвонил Скворцову, предупредил, что на службу не выйдет.