— То есть именно такое построение эффективно обеспечило преемственность от Горбачева к Ельцину и от Ельцина к Путину? — уточнил Иван.
— Именно так. Это означает, что за всеми этими действиями стояли силы, которые жестко реализовывали сценарий. Публично значимые события явились лишь имитацией. Соответствующую технологию, кстати, разработали еще в секретных институтах СССР. Согласно ей, нужно целенаправленно давить, растравливать, а в определенный момент, когда надо, провоцировать прорыв народной ненависти по полной программе. Но в ходе этого подсунуть контролируемых лидеров, как бы олицетворяющих обновление. Задействуется управляемая оппозиция с подставными вождями, лидеры мнений, группировки. Неуправляемых нет в принципе. Орден четко усвоил уроки царского времени. Когда оппозиционеров охранка сажала и даже казнила, но власть при этом не пыталась — по крайней мере, тотально, если не считать зубатовские эксперименты, — мелочно управлять внутренней структурой всех значимых организаций. У царя и «временных», извиняюсь за грубость, не было яиц, а у нынешней власти они есть. И она четко следит, чтобы у оппозиции яиц не было, а если у кого появляются, то смельчаки сразу же подвергаются Устранению. Ну, термин у Ордена такой специальный, рабочий, с пиететом произносимый. Убийство то есть...
— Это понятно... При таком подходе режим в целом обеспечит себе еще многие годы или даже десятилетия беспроблемного развития.
— Да. Именно такое, «орденское», построение власти объясняет, почему по итогам всех кажущихся кризисов и катаклизмов она только укрепляется. Ибо это никакие не кризисы, а проектные переходы под видом кризисов и борьбы. Именно благодаря такому принципу во власти практически нет и не будет каких-либо расколов. Какое бы то ни было соперничество, конкуренция жестко модерируется и не переходит известные границы. После принятия окончательного решения по любым разногласиям жестко же обеспечивается его реализация. А это значит, что такая структура может как угодно и дальше давить простых людей, вплоть до массовых убийств, и никакой смены власти под давлением снизу не произойдет, а будет свирепое подавление любого недовольства.
— А что является источником легитимности Вершителей?
— То, что глобальный капитал и его органы принятия решений признают высшей властью и высшим оператором собственности в России именно их круг. Причем вне зависимости от того, допущены ли сами Вершители и верхушка владетелей к принятию глобальных решений, — это, кстати, российская элита воспринимает крайне болезненно. Негласный договор между глобалистами и элитами России заключается в том, что доморощенные хозяева вывозят ресурсы и получают ренту, а Запад на деле поддерживает людоедский характер режима, расправы и убийства оппозиционеров.
— То есть, получается, пресловутое «золото партии» стало фондом для того, чтобы Вершители могли вкусно жрать?
— Можно и так сказать... Чтобы самим стать гедонистами, надо было сначала обвинить аскетов в гедонизме... Как ленинградского Романова — помнишь, конечно, историю с эрмитажным сервизом?
— Разумеется. КГБ, насколько я знаю, распространил эти слухи, чтобы предотвратить его избрание генсеком.
— Да. Через сеть сексотов по всей стране. Так всегда делалось в последние десятилетия, чтобы влиять на общественное мнение. Сексоты ведь не только стукачеством занимались, но и транслировали централизованно то, что нужно. Впрочем, и сейчас тоже — но уже не только вербально, по кухням и курилкам, но и через соцсети... В общем, этот Экселенц-Орден стал раковой опухолью России. Коллективным рабовладельцем, поработившим даже своих членов. Пожирающим людей, страну, ее будущее.
— Это очевидно, — согласился Иван. — Но ведь Орден — он же не тождественен органам госбезопасности, раз мы об этом вспомнили?
— Нет, конечно. Скорее паразитирует на них. И на многих других структурах. Исторически, конечно, ядро формировалось в верхушке КГБ. И по этой же линии Орден обрастал финансовой силой. Председатель — «отец-основатель» лично крышевал махинации во внешнеэкономической деятельности, а ОБХСС не имела права их проверять. Не говоря уже о собственных внутриведомственных схемах. «Джамблик» пресловутый... Экселенц и Ко, то есть «контора», использовали сформировавшуюся из-за бесконтрольности и слабости механизмов управления коррупцию — как резерв для подбора новых кадров и разворота административной политики. А также, изображая борьбу с ней, точечно, — как средство подрыва кланов, которые на прямую инициативную измену Родине не пошли бы. Рассматривали тех, кто олицетворяет этот теневой сегмент, как потенциальный протокласс, на который можно опереться — но предварительно подав сигнал, что они обязаны отныне ходить под Орденом.