— Хлопковое дело, дело Медунова, дело Елисеевского гастронома...
— В первом деле есть и фактор провоцирования межреспубликанского разлома. А два последних — да, классика, конечно же...
— Но верхушка нынешних силовых структур — это «орденцы»? — уточнил Иван.
— Разумеется, «орденцы». Высокопоставленные, вплоть до Вершителей. Но основная масса силовиков, если не вовлечены в структуры Ордена, просто служит, как им представляется, стране. Великой России. По убеждению — стихийные патриоты-державники. Если что-то удастся присвоить, присосаться к активам и схемам, то, понятно, не брезгуют этим. Хотя могут и не быть включены непосредственно в Орден. По отношению к начальству большинство служивых бесправны, они никто и звать их никак. Если вдруг пойдут против самого верха, их ломают беспощадно и показательно.
— Ну да... Сидит в соседнем бараке человек, пытавшийся создать структуру «Правозащита полицейского» — чтобы помогать рядовым сотрудникам противостоять произволу начальства. Разумеется, обвинили в вымогательстве и еще многих преступлениях, на пустом месте сфабриковали доказательства и закрыли сюда...
— Да, знаю его... Власть будет яростно давить любые инициативы, направленные на то, чтобы вбить клин между рядовыми и начальниками в силовых структурах, на то, чтобы наладить дружеские связи между простыми гражданскими людьми и простыми людьми в погонах.
— Ясно дело... То есть Орден — это некий демпфирующий механизм, позволяющий избегать явной и деструктивной борьбы за власть и собственность? Путем ручного администрирования?
— Именно так. Глубинное государство есть не только в США, но и в России, просто по-другому устроенное. У нас это — Орден. Задуманный с самого начала именно как негласный механизм предварительной выработки решений, которым жестко должны следовать все. Вершители — это, по сути, коллективный абсолютный монарх. С передачей прав по наследству — детям, внукам. Или тем, кого Вершитель назначил перед своим уходом, в виде так называемого «Завета».
— А как отбирают в этот Орден?
— Я ранее говорил — по рекомендации уже состоящих в нем. По протекции. Или если человек уникальный и позарез нужный, то за ним сначала наблюдают, а потом подходят и делают предложение, от которого невозможно отказаться. В общем, туда только отбор, а не набор. Причем негласный. Если даже кто-то каким-то чудом прознает про этот механизм и навяжется, клятвенно заверяя, что готов преданно, по-собачьи, служить, то таких, разумеется, убивают, ибо если они нужны, то к ним бы подошли сами. И так на протяжении десятилетий, и доперестроечных, и постперестроечных. Как правило, это потомки влиятельных при СССР людей, которые вовремя стали работать на развал социализма. И они передают уже свои привилегии детям и внукам по наследству. В общем, сформировано новое дворянство.
— Ясно... Коллективный владелец отнятого у народа достояния.
— Можно и так сказать. Создано сословное общество. Высшая каста имеет даже собственную сатанинскую религию. Поклоняется диаволу в образе этого их «основателя», или, как они величают, «Высшего Отца». Предаются ритуальному разврату у его идолов с рогами, даже людей приносят в жертву. Говорят, и детей тоже... Ну и, конечно, пользуют детей содомитски...
— А сейчас какие задачи у этого Ордена? Какие механизмы господства и угнетения? — поинтересовался Смирнов.
— Теперь он в общемировом мейнстриме. Под предлогом распространившегося нового вируса, в общем-то, не столь уж и опасного... по-настоящему опасный ведет к хаотизации общества, потере контроля, полной катастрофе... системно закручиваются гайки по отношению к низам. Цель пандемии — лишить людей собственности, обложить их на каждом шагу ограничениями, администрируемыми автоматически, в цифровом режиме... По сути, печать Антихриста... Следующие фазы — регулярная принудительная вакцинация. Наиболее жесткий вариант — сгон значительной части населения на человечьи фермы. Которые будут названы чистыми, то есть безвирусными, эвакуационными зонами. Там с людьми будут делать вообще всё, что угодно.