— Ясно... Эта власть преступна, ибо ломает и убивает самых лучших и честных...
— Именно так, Иван, — согласился Родион.
— Кстати, когда такая технология тайного подрывного ордена вскрыта, уже известна, то повторно использовать ее в странах, где власть понимает эту опасность, крайне затруднительно. Свежий пример — Белоруссия.
— Согласен. Видимо, Машеров кое-что успел подготовить. Знаешь, как его убили?
— Ты упоминал, что его убил нынешний начальник КОКСа Андрей Беляков. А дочь Машерова в интервью говорила, что водитель грузовика, которого осудили как виновника ДТП, на самом деле сидел не с той стороны кабины, где руль. Так что всё логично...
— Да. Сейчас я расскажу, как именно это происходило...
На Тверской шла утренняя правительственная «летучка».
— Поступления по этой линии в последнее время сокращаются. Это недопустимо, — строго произнес градоначальник, пристально глядя раскосыми глазами на Мячикова.
— Да-да, Сергей Семенович... — угодливо заюлил чиновник. — Конечно. Учтем. Штрафы будут, сейчас же отдам все распоряжения, рейды по транспорту усилим.
...На «Новогиреево» вошли несколько контролеров в темно-синей форме, с видеорегистраторами. И пара полицейских. Хищно стали приглядываться к пассажирам.
В масках были все. А в перчатках — лишь пара-тройка человек.
Ну, как и всегда — делянка, с которой можно свободно, в нужном объеме, собирать урожай. В виде штрафов. Плохо только, что всех подряд не «оприходуешь».
А как сладостно ощущать свою власть над обычными гражданами! Пожалуй, ради этого можно и самим приплачивать. А тут еще и проценты идут со сборов...
Подходящую жертву увидели сразу. Это была неподвижно сидевшая женщина, уставшая, тихая. «Предпенсионного», как принято сейчас говорить, возраста.
— Здрасте, — пренебрежительной скороговоркой «поздоровался» дюжий, «кровь с молоком», контролер. — Почему вы без перчаток?
— Но я в маске... — робко попыталась оправдаться женщина.
— Маски недостаточно, — привычно с садистским торжеством произнес контролер. — Согласно распоряжению мэра, в транспорте все обязаны носить не только маски, но и перчатки. Об этом предупреждают везде, чуть ли не каждую минуту.
— У меня нет. Зимой носила. А сейчас тепло.
— Мы сами носим, как видите. Вы нарушаете распоряжение. Сейчас мы должны оформить протокол. Вам придется уплатить штраф. Прошу выйти из вагона.
Поезд уже подъезжал к «Перово».
— Какой штраф? Я всю жизнь проработала санитаркой в больнице. Даже на пенсию еще не заработала. У меня нет столько денег. Пожалуйста, пожалейте...
— Все обязаны платить, — ощерился контролер. Впрочем, под маской его гримасы не было видно. — Давайте на выход, живее.
У женщины закружилась голова, и она покачнулась.
— Не надо симулировать, гражданка, — сказала еще один контролер, более чем упитанного телосложения. — Сейчас оформим, и можете ехать дальше. Давайте, давайте на выход, не задерживайте.
«Нарушительница» упала на пол и потеряла сознание.
«Проверяющие» уже вошли в раж. Контролер-мужчина грубо схватил женщину за воротник, полицейский взялся за плечо, а толстая женщина ухватила бок куртки.
И все трое, как только дверь открылась, потащили «добычу» к выходу из вагона — ботинок слетел, но субъекты в форме на это не обратили никакого внимания. Необутая нога стала волочиться прямо по грязному полу.
Принесли ее в полицейский закуток на станции и бесцеремонно бросили у стола.
Один из стражей порядка обыскал жертву и нашел паспорт.
— Давайте оформлять, — сказал контролер, доставая бланк протокола. — Гриднева Зинаида Ивановна...
Всё время, пока заполнялся протокол, женщина лежала на полу без сознания. Ее попытались растормошить, когда потребовалась подпись. Но этого сделать не удалось.
Тогда двое контролеров и полицейский «засвидетельствовали» отказ от подписи.
— И что теперь с ней прикажете делать? — раздраженно спросил дежурный.
— Нас не интересует. Мы пойдем дальше шерстить. Аврал сегодня, всех наших поголовно вызвали, даже тех, у кого сегодня нет смены, — ответил контролер.
Дежурный подошел к лежащей Зинаиде Ивановне, подергал ее, легко похлопал по щекам. Взялся за веко, посмотрел зрачок. Вроде нормально.
Но всё равно — в обмороке. И, пожалуй, не симулирует.
Только после этого вызвал скорую помощь.
Солнце уже зашло, и участники фашистской оргии-«мистерии» в честь дня рождения Гитлера зажгли факелы.