– Тише, мистер Финнеган, нельзя подсказывать свидетелю! – остановил его Найт. – Мисс Кроуфорд, могу я попросить вас об одолжении?
– Вы хотите, чтобы я поехала в больницу и указала вам ее и того врача? – догадалась девушка.
– Да. Вы не возражаете, сэр?
– Конечно, нет, инспектор, – отозвался сэр Уильям.
– Отлично, спасибо! Завтра утром я заеду за вами обоими.
– Хорошо, мы будем готовы. А сейчас не желаете ли выпить с нами чаю?
Газетчик просиял:
– С удово…
– Благодарю, сэр, нет, – прервал его инспектор. – Мы должны успеть еще в одно место.
Инспектор Найт и репортер попрощались и ушли. Девушка, сияя, повернулась к сэру Уильяму:
– Я так рада, дядя!
– Чему именно, дорогая?
– Инспектор попросил меня помочь – значит, он не сердится на меня за то, как я… ну, как я отличилась в прошлый раз.
Не далее как месяц назад Патрисия чересчур решительно взялась за самостоятельное расследование и едва не стала жертвой убийцы. После этого инспектор и дядя взяли с нее обещание никогда больше не вмешиваться в дела полиции.
– Значит, он мне доверяет! Считает, что я больше не наделаю глупостей!
– Хм, – сказал на это пожилой джентльмен и потянулся за газетой, – если это так, то я бы на его месте не был столь оптимистичен.
Инспектор Найт и Джек Финнеган обогнули шарманщика с обезьянкой на плече и стайку танцующих вокруг него детей, миновали уличного сапожника, рядом с которым скучал человек в одном ботинке, и остановились у дома номер шестьдесят пять по Тафтон-стрит. Знакомое крыльцо пустовало. Неподалеку возились мальчишки, бог знает что выуживая из сточной канавы, но приметного рыжеволосого Джонни среди них не было видно. В конце дома прислонился к стене сонный подросток, у ног которого стояла кастрюля, прикрытая выцветшей тряпицей. Репортер окликнул его:
– Эй, ты не видел здесь старичка, что читает детям книжки?
– Купите у меня пирожки – тогда скажу, – очнулся тот. – С мясом.
– С мясом! – скептически фыркнул газетчик. – Готов поспорить, что твои пирожки еще недавно мяукали.
– Они еще горячие, мама только-только испекла, – заявил подросток так убежденно, словно этот аргумент отметал любые сомнения в высочайшем качестве его товара.
– Так уж и быть, давай. Но только попробуй меня обмануть!
– Будьте внимательны, – предупредил своего спутника инспектор.
Он поднялся по ступеням и собрался постучать, но дверь вдруг распахнулась и изнутри боком, обнимая огромную корзину с влажным бельем, вышла усталая женщина. Найт посторонился и спросил:
– В этом доме живет доктор Моррис?
– Никакие доктора тут не живут, – равнодушно ответила та.
Инспектор описал ей внешность старичка. Прачка неожиданно улыбнулась, опустила на крыльцо свою ношу, поправила загрубевшей рукой вылезшие из-под чепца волосы:
– А! Дедушка Найджел! Это который детей учит руки мыть и все такое. Книжки им читает, а картинки там – жуть кромешная! Ну, да дети любят страшное, не боятся. А я не против – он безобидный, мы к нему привыкли. Мои так и крутятся возле него, когда он приходит.
Финнеган между тем продолжал вести переговоры с юным уличным торговцем и уже стал обладателем трех пирожков с начинкой загадочного происхождения.
– Как нам его найти? – спросил инспектор.
– Не имею понятия, – пожала плечами женщина. – Где живет – не знаю, просто приходит, когда ему хочется.
Она рывком подняла тяжелую корзину и потащила ее за угол дома, в скверик, где между деревьями были натянуты веревки.
– А теперь отвечай на мой вопрос, – потребовал Финнеган.
– Не видел я никакого старичка! – победно выкрикнул подросток, подхватил свою кастрюлю, отбежал на безопасное расстояние, после чего обернулся и показал язык.
– Ах ты, шельмец! – беззлобно крикнул газетчик.
– Все по-честному – на вопрос-то я ответил!
– Да уж, не придерешься… В следующий раз я тебя заставлю съесть твой пирожок на моих глазах, так и знай!
– Неудача, – спустившись с крыльца, сказал инспектор. – Идемте, заглянем в местный полицейский участок, попросим разыскать этого Найджела Морриса.
По дороге Финнеган зашвырнул купленные пирожки в подворотню, где они тут же стали предметом ожесточенного спора жилистых уличных котов.
Через полчаса репортер, поднимаясь вслед за Найтом в омнибус, сунул руку в карман и воскликнул, ошеломленный:
– Черт! У меня стянули всю мелочь!
– Так и быть, прокатитесь за счет Столичной полиции, – ухмыльнулся инспектор. – А ведь я вас предупреждал.
– Я подумал, вы говорите о пирожках…