23.05. Видела Джона в «Бёрдлэнде» с Филли Джо Джонсом на ударных. Узнала, что Элвин в Лексингтоне. Потом зашел Джон и посетовал, что опять пропустил день моего рождения. Говорил, что чувствует себя уверенным, но временами ему кажется, что все лучшее он уже сделал.
9,06. Джон позвонил в 5.30 вечера, затем пришел и пробыл три часа. Говорил о неудачах, сказал, что не может сделать ничего хорошего, если не изменит образ жизни в лучшую сторону. Я накормил его сладким картофельным пирогом, после чего он попросил булочку с изюмом и чаю.
18.07. Джон работает в «Бёрдлэнде», а напротив — Терри Гиббс. Он зашел довольно поздно, сказал, что разговаривал с Элис МакЛеод, которая играет у Гиббса на фортепиано. Пожаловался, что болит голова, затем мы стали спорить, стоит ли ему стоять около кондиционера.
18.08. Встретила в метро Филли Джо Джонса, который сообщил о возвращении Элвина.
11.09. Пришел Джон и съел больше половины пирога. Мы совершенно разделись и стали читать журналы. Когда он чувствует себя плохо, часто спит голым. Он не любит одежды, она его стесняет.
26.11. Джон играет в Сан-Франциском клубе «Джаз Уоркшоп».
Я заглянула туда и вручила ему одеколон — давно обещанный подарок ко дню рождения. Джон сказал, что ушел из дома два месяца тому назад и живет с Элис МакЛеод. Готовится записывать телешоу для Ральфа Глисона.
Ральф Глисон:
«Джон Колтрэйн отснялся для меня в 30-минутном телешоу, части моей серии «Джазовые лидеры», которая была показана в программах Национального телевидения. Обычно я провожу 5-минутные интервью, все остальное — музыка. Но перед самой съемкой Джон сказал, что не хочет интервью. Тогда я дал полуминутный комментарий о его значении как музыканта, а потом просто играл квартет. Как и другие передачи этой серии, она демонстрировалась более чем двумя сотнями телестанций по всей стране».
Рой Хайнс:
«Показ по телевидению — необычное дела для Джона Колтрэйна, но он чувствовал себя достаточно свободно, раскованно, словно ощущал внимание аудитории. Телепрограмма просвещения является, видимо, лучшим способом, чтобы познакомить серьезную публику с таким малозаметным человеком. Ну, а играть с Джоном было подобно прекрасному сну».
Рой Хэйнс, стиль игры на ударных которого не менее четкий, чем у Филли Джо Джонса, столь же гибкий, как у Макса Роача, и не менее сильный, чем у Элвина Джонса, работал когда-то с Чарли Паркером. По географической иронии он родился в Бостоне — том самом городе, где страсть Элвина к наркотикам привела к судебной альтернативе: тюрьма или лечение. С одной стороны — Рикерс Айленд (район бостонской тюрьмы), с другой — учреждение с довольно пространным названием Национальный институт Центра психических и клинических исследований, расположенный в Ленсингтоне (Кентукки), которое широко известно среди людей, связанных с наркотиками, просто как Лексингтон. Есть среди его пациентов и добровольцы. Однако подобно Джонсу, многие из них стали добровольцами, как говорится, после объявления всеобщей мобилизации.
Джонс провел там три месяца, с мая по август 1963 года.
В этот период Колтрэйн был вынужден искать замену; разумеется, ему был нужен ударник, чье звучание и мощь могли бы в должной мере стимулировать его. Итак, он работал с Хэйнсом и Филли Джо Джонсом, но больше с первым, чем со вторым, потому что Филли Джо продолжал то приходить на работу, то нет. С другой стороны, Джон находился в зависимости от Хэйнса, потому что тот играл со Стэном Гетцем и мог работать с Колтрэйном только в свободное время.
Хэйнс даже записывался с Колтрэйном, наиболее памятной записью с участием Хэйнса была «живая» версия «My Favorite Things», которую они сыграли на Ньюпортском джазовом фестивале 7 июля 1963 года, хотя размер на 3/4 сохранялся, Хэйнс играл его более свободно и гибко, что было ритмическим намеком на 4/4.
В августе вернулся Элвин Джонс.
Джон и Элвин обнялись, словно браться после долгой разлуки (разница в возрасте была у них не более трех лет), и когда Элвин занял свое место за барабанами, как прежде, могло показаться, что он никогда и не уходил.
Джон Данкворт:
«Впервые я осознал гений Колтрэйна, когда услышал «живую» запись 13 «Бёрдлэнда» баллады «Want То Talk About You».
Там в конце он играет каденцию, которая была гораздо длиннее самой пьесы. Это произвело на меня такое впечатление, что я записал ее на ноту для своих студентов в Королевской Музыкальной Академии. Эту транскрипцию я использую довольно часто и, таким образом, привлекаю внимание к музыке Колтрэйна».