— С тобой полный капец!
А ведь я предполагал, что самый верный способ — перевести планету на сто часов назад! — вдруг с жаром выкрикнул он. — Надо всего лишь перевести время ровно на сто часов назад! У Земли, как у основной планеты, всегда будет большая скорость, а у Эфлары, как у планеты-двойника, — меньшая, вот почему Временной Разрыв сокращается. Понимаешь?
Василиса не совсем понимала, но на всякий случай кивнула.
— Я тоже не понял. — хмыкнул Маар.
Ей было интересно узнать, к чему клонит великий часодей.
— А если перевести планету на сто часов назад, Земля, как планета с большей скоростью, во времени всегда будет убегать от Эфлары. И больше не надо будет беспокоиться.
— Но если Эфлара будет в прошлом, значит, Духи смогут перейти на нее, когда захотят?
— Какие интересные вопросы! — поддержала Лисса.
— Молодец! — похлопала в ладоши Диана.
Эфларус просиял. Он выглядел так, будто знает самую великую тайну в мире и сейчас поделится ею с Василисой.
— Эфлара все равно будет в будущем, представляешь? — еле сдерживаясь от восторга, произнес часодей. — Потому что прошлое Земли уже БЫЛО. Это еще один временной парадокс. Видишь ли, Время движется в двух направлениях — линейно, как стрела, и по спирали, раз за разом повторяя циклы. Вот почему народ Духов Земли все равно не сможет перейти.
Василиса вздохнула: этот часодей восхищал и одновременно пугал ее своим энтузиазмом. Наверное, все великие люди чуточку не в себе.
— То есть я не в себе?! — засмеялся Родион.
— Есть немного. — ответил Нортон.
— Кто бы говорил! — хмыкнула ЧК.
— Тогда почему бы вам сразу не загадать Временной Разрыв на сто часов назад?
— Нет! — Эфларус глянул на нее с легким недоумением. — Из-за тебя.
— Из-за меня?!
— Ты ведь сказала, что надо перевести Временной Разрыв на сто часов вперед? Значит, так и надо сделать.
— А меня обязательно слушать?
— Какой интересный диалог. — хмыкнул Фэш.
— философское настроение Эфларуса начало раздражать Василису. Поэтому она добавила с определенной долей наглости: — Я же всего лишь ребенок, мало ли чего мне в голову придет, а вы верите!
Эфларус оглянулся на застывшие фигуры мальчишек, ожидающих обряда, подергал свой ус, покрутил песочные часы в руках и лишь после торжественно произнес:
— Нет, не просто ребенок. Ты — избранная Временем. Мне надо прислушиваться к твоим словам, ну а тебе — к тому, что говорю я.
— И это оказалось правдой. — улыбнулся Марк. — Ты оказалась самим Временем.
— Я горжусь этим. — хмыкнула Василиса.
— И я. — улыбнулся Фэш. — Хоть и учителя у нас нудные.
— Ну Драгоций! — зло процедил Нортон. — Я бы щас давно надрал тебе зад!
— Вы мне не отец.
И он заговорщицки ей подмигнул.
Василиса попятилась. Нет, этот часодей точно сбрендил! Может, он и гениальный часовщик, но то, что успел помешаться на своих знаниях, — это уж сто процентов.
— Ох, да ты не представляешь, какой он сумасшедший! — засмеялась Дейла.
— Я давно это поняла.
— И не надо пугаться, — с иронией добавил Эфларус, видя, какую ошеломляющую реакцию произвели его слова на девочку. — Именно так и появляются избранные — люди, у которых в жизни есть свое предназначение, — продолжил он. — Их прошлое, настоящее и будущее сплетаются в тугое кольцо, в один замкнутый виток временной спирали. Твое предназначение — в этой фразе, девочка. Ты сказала мне то, что важнее для будущего, поэтому твоими устами говорит само Время. Конечно, если ты не соврала.
— Ох как бомбить щас начнёт. — сказала Захарра.
— Я сказала правду! — негодуя, подтвердила Василиса. — Но знаете, меня никто не спрашивал, хочу ли я быть избранной!
Эфларус фыркнул в усы.
— Все люди, так или иначе, каждый день становятся избранными — кем-то, в чем-то, как-то… зачем-то. Но знаешь, что главное? В первую очередь человеком движет воля. И чем сильнее твоя воля, тем вероятнее совпадение твоего выбора с выбором Времени. Другими словами, чем свободнее человек, тем сильнее его воля и тем вероятнее он сам творит свое будущее.
— Ой как сложно… — помотал головой Лёшка.
Василиса схватилась за голову:
— Я вас почти не понимаю! По вашим словам получается, будто я сама захотела сюда прийти или что-то в этом роде!
— А говоришь, не понимаешь, — серьезным тоном произнес Эфларус. И вдруг спохватился: — Наш разговор затянулся! Нельзя останавливать время надолго, это вредно в первую очередь для самого часовщика, возможно появление ложных вероятностей, необратимое искажение пространства и…
— Погодите! Послушайте! — отчаянно выкрикнула Василиса. — Вы ведь великий часовщик и сможете дать мне совет! Совет, как спасти Эфлару! Может, вы теперь скажете, на сколько часов увеличить новый разрыв, а?!
— Не могу, — грустно покачал головой Эфларус. — Вот так прямо — никак не могу.
— Я его понимаю. — тяжело вздохнула ЧК. — Ты сама сказала ему, что нужно.
— Но зачем меня слушать? — не поняла Василиса.
— Вот так вот у него.
— Но когда я расскажу о том, что виделась с вами, — гнула свое девочка, — меня могут спросить…
— Не спросят. Твоим учителям хорошо известно, что такие вопросы задавать нельзя. Но знай, если хорошо знаешь прошлое — легко предугадать будущее. — Он опять ей подмигнул.
— Ну хватит подмигивать Василисе… — грустно произнёс Фэш.
— Ты мой Фэш, и никто другой. — прошептала Василиса.
— Я рад.
Василиса окончательно запуталась.
— Кстати, я часто видел в будущем тебя. И даже знаю, что с тобой будет.
Василиса окинула его угрюмым, оценивающим взглядом.
— Ну и что произойдет со мной дальше?
— Тв станешь великой Королевой Времени вместе со своим женихом! — произнесла Дейла. — Етить твою мать!
— Дейла! — возразил Нортон. — Ну что за слова?
— Я не могу сказать, — покачал головой Эфларус. — Я мог бы соврать, но я не гадалка.
— Угу…
— Понимаешь, будущее всегда состоит из множества вариантов. Да, можно рассчитать наиболее вероятный ход событий, но! — Часодей опять поднял палец. — Нечаянно я могу подсказать тебе неверный ход, тем самым испортив твое будущее. А с ним, поверь мне, связано много интересного и необычного. Но это все, что я могу тебе сообщить.
— Верно. — кивнул Норт.
— Но знаете, а я ведь могу сказать, что произойдет лично с вами, — разволновавшись, Василиса даже хлопнула в ладоши. — И даже могу вас уберечь от ошибки! Вот! Я расскажу вам о Расколотом Замке!
— Не надо, ты изменишь его будущее. — возразил Родион.
— Я так и поняла. — кивнула Василиса.
— Нет-нет-нет! — громко запротестовал Эфларус, и девочка осеклась. — Я же тебе говорил: ты мне сейчас скажешь нечто, что может сильно изменить мое будущее, а это нежелательно!
— Но я же дала вам подсказку о ста часах!
— Это совсем другое дело. — Лицо Эфларуса сделалось очень строгим. — А теперь вернемся к делу, Василиса Огнева. Вскоре состоится первое рождение Алого Цветка папоротника, и ты сможешь увидеть часть обряда. Я покажу тебе предназначение ЧерноКлюча — ты ведь сейчас двигаешься по его временной ветке, смотришь его прошлое. Ключ сам расскажет тебе, что должно… Запомни, главное — не прикасайся ни к одному из ключников. — Он кивнул на неподвижные фигуры вокруг. — Ты можешь повредить себе намного больше, чем только способна представить! Стой тихо… Не вмешивайся, что бы ни случилось. Будь наблюдателем. — Эфларус говорил тихо и четко, разделяя фразы короткими паузами. — А теперь — прощай.
— И всё? — удивился Лёшка. — А я думал, мы ещё что — то узнаем…
— Не вечно же болтать. — сказал Норт.
— Да и к тому же, ему щас не до Василисы. — добавил Ярис.
Вернулось время; фигуры мальчишек в серых балахонах ожили и задвигались с бешеной скоростью, как будто Василиса смотрела кино на быстрой перемотке. Девочка догадалась, что Эфларус перемещает ее по временной ветке ЧерноКлюча немного вперед. Словно во сне, она видела, как из земли показался тонкий побег растения с небольшим бутоном посередине, как из него распустилась огромная алая чаша цветка — точь-в-точь такого же, как на статуе в замке Змиулан… Лепестки его раскрылись и затрепыхали, будто покачиваясь на сильном ветру. В то же мгновение сверкнул синими огнями Стальной Зубок в руках одного из ключников. Стебель в одно мгновение был перерезан, и чаша Алого Цветка упала на землю.